Книга Синее пламя Юга, страница 56 – Екатерина Бакулина

— Ингрид, поднимись! – требует Искандер. – Если можешь стоять – лучше стой. Иначе не успеешь отпрыгнуть в сторону.

— Думаешь, меня это спасет?

— Не важно, – говорит он. – Чуть-чуть больше шансов.

Я пытаюсь подняться. Пытаюсь смотреть даже.

Синие глаза твари смотрят на меня. Паучьи. У твари не два глаза, а куда больше… смотрят…

И я уже не вижу ничего, кроме этих глаз. Все в мире перестает существовать.

Мне кажется, я умру сейчас. Просто умру, сердце остановится.

Но что-то происходит… у меня так звенит в ушах, все так плывет, что я даже не сразу понимаю. С пальцев Искандера срывается огонь и летит в тварь. Вспышка! Тварь ревет, бросается к нам, но тут второй удар ей в морду. Пуф! И тварь рассыпается искристым снегом. Огонь сжигает ее.

— Одна есть!

Но радости никакой.

Они подступают.

И вот, я вижу еще глаза, и еще… сколько их? Десять? Двадцать? Хватит ли сил и времени на всех?

— Стеной! – командует Искандер. – Как подойдут, давай стеной!

Ульрих кивает.

И от него, полукругом, разбегается огненная стена, все шире. Огонь Ульриха чуть голубоватый, почти белый и почти прозрачный, призрачный, он колеблется маревом, топя снег под собой.

— Рано! – Искандер недоволен. – Слишком большой радиус! Не вытянешь!

Ульрих только фыркает, почти с презрением, и его стена поднимается выше, бежит быстрее. Твари рычат, ревут, я уже отчетливо вижу их. Но даже не могу понять, на что это похоже. Белая шерсть, но голые длинные, тонкие, узловатые лапы, почти волчья морда, если б не глаза… волчья до тех пор, пока тварь не разевает пасть. Пасть не волчья. Тысячи тонких, острых, словно иглы, зубов…

Не могу… тошнота подкатывает.

Я слышу всхлипы рядом.

Дико видеть такое… как два взрослых, крепких мужика трясутся, обнявшись, зажмурившись. Скулят. Один начинает выть в голос. Им страшно.

Но это не их вина. Это магия тварей, защититься от которой людям нечем.

Огонь с шипением бежит вперед.

Две твари выходят чуть ближе, и огненная стена Ульриха бьет по ним. Разбивает. Пуф! Белые искры в стороны.

Две.

Но другие лишь отступают, ждут. И стена гаснет.

Ульрих выдыхает, утирает пот со лба. Тяжело. Огонь требует усилий и концентрации.

Две твари. Но там, вокруг, намного больше.

Искандер ждет.

Мне хочется разрыдаться вместе с гвардейцами, потому что невозможно ждать. Мучительно. Но ждать недолго. Твари чувствуют горячую кровь. И все ближе.

— Жди! – требует Искандер. – Не дергайся!

В этот раз Ульрих слушает, ждет, не тратит силы впустую.

Твари подходят, окружают. Их больше десятка. Я не могу сосчитать, те, что стоят чуть дальше, – расплываются белым снежным маревом. Глаза мерцают.

Ближе.

Голова кружится.

Я вижу, как Искандер медленно ровно дышит, как поднимаются и опускаются плечи.

И ближе еще.

Твари припадают к земле, разевают пасть. Слышу голодный рык со всех сторон.

Еще немного…

Они окружают нас. Плотным кольцом. Одни из них крупнее, другие мельче… И мне уже кажется, что выхода нет. Сейчас они бросятся, и конец. Лишь несколько шагов.

— Давай! – командует Искандер.

И огненный круг рывком разлетается в стороны. С одной стороны белый, почти прозрачный, с другой – густо-синий.

Твари вскрикивают… я не могу назвать это иначе. Дикий предсмертный крик. И вместо тварей – стена снега, в человеческий рост… и оседает… Шелест осыпающегося снега.