Книга Синее пламя Юга, страница 22 – Екатерина Бакулина

Его сердце колотилось.

Он ждал моего ответа.

— Не хочу ждать, – сказала я. – Хочу сейчас. А то вдруг потом одумаюсь и пожалею.

— Поздно жалеть, – сказал он и потянул за тесемочки.

Я принадлежу ему теперь.

А он мне.

Подняла на него глаза. Его лицо оказалось совсем близко, его глаза, вдруг потемневшие, расширившиеся зрачки, огонь, полыхающий в глубине.

До дрожи.

Его губы осторожно коснулись моего виска… его теплое дыхание… и я невольно сама потянулась к нему. Прильнула. И обняла за шею, я хотела… просто не знала как…

— Ты ведь никогда не была с мужчиной, да? – спросил он. Потерся щекой о мою щеку. Так щекотно, у него ужасно колючая.

— Нет, – сказала я.

— Ничего, – сказал он. – Все бывает в первый раз.

— Ничего? – удивилась я. Разве он ожидал чего-то другого?

— Ты дрожишь, – сказал он. – Не знаешь, чего ожидать, не знаешь, что тебе делать. Но это ничего, надо лишь начать. Подожди… сейчас, – довольно улыбаясь, взял мои руки. – Холодные…

Немного подышал на них, согревая.

— Сейчас… – и точно задумал что-то, точно все знал.

Отпустил, быстро отстегнул перевязь с мечом, отбросил в сторону. И ремень. И взяв мои руки снова, сунул к себе под рубашку, ладонями к коже. Ближе к сердцу сначала.

— Чувствуешь? – спросил с интересом. – Ох, холодные все равно, я-то точно чувствую.

Ему было весело, при всем при этом. Глаза смеялись, легкие пучки морщинок у глаз…

А у меня покраснели не только уши, но, наверно, я вся… Замерла.

— Сердце бьется…

— Да, – согласился он, улыбаясь еще шире. – А вот тут?

Одну мою руку он сдвинул чуть вбок, и под моими пальцами оказалась кривая, выпуклая веревочка шрама.

— Чувствуешь? – спросил он.

— Что это?

— Довольно свежий, – сказал он. – Этой весной тяжелое копье сорвало стальные нашивки и пропороло мне бок. Под Интакой, в поле. Меня выбило из седла.

— Как на турнире?

Турниры у нас редкость, все больше в Уэйсвике, но я видела однажды.

— Как на турнире, – согласился он, криво ухмыльнулся. – А потом мне дали в морду, совсем не как на турнире, но я успел вывернуться и прирезать его.

— С пробитым боком?

— Очень уж хотел жить. Правда, после этого в бою от меня было мало толку. Я просидел там, около лошади, ну… кому-то успел вроде врезать по ногам…

Улыбался. Герой.

— Болит?

Я не удержалась, провела пальцами вдоль шрама, пытаясь понять, где он начинается, насколько большой. Едва касаясь пока. Мне показалось, рядом ребро чуть выпирает.

— Уже нет, – Отер покачал головой. – На таких, как мы, все быстро заживает. Не волнуйся, ты не сделаешь мне больно. Ребро тоже оказалось сломано, но уже все срослось. Вот ты трогаешь сейчас.

Его кожа была теплой тоже, мои холодные пальцы почти обжигало. Твердые мышцы под кожей. Так интересно, я чувствовала, как мышцы двигаются, когда он делает вдох…

— А можно… посмотреть? – спросила я. Наверно, странно все это. Я не так себе представляла.

Но неожиданно увлекало. Узнать его получше?

— Подожди, – сказал он. – Руками сначала. Вот тут… – вторую мою ладонь он сдвинул чуть ниже, на живот. И чуть напрягся, когда я погладила, пытаясь нащупать. – Этот старый.

Полоска гладкой кожи, не выпуклая, скорее даже чуть наоборот.

Между прочим, живот у него волосатый, куда более волосатый, чем там, под ребрами… прощупать не так легко. Но и я слегка осмелела.