Книга Мрачная новобрачная, страница 29 – Полли Нария

— Где же ваша семья? ‒ задал за меня вопрос друг.

— О, не переживайте. Никто не посмеет помешать нам. Жена и дочь ужинают отдельно. Ну, вы и сами понимаете, мужские дела не должны касаться женщин. Их ум не способен уместить в себе все обилие информации.

И вроде господин Тернер озвучил слова моего отца, однако в устах мужчины они прозвучали абсолютно омерзительно.

До тошноты.

— Так для чего же вы меня позвали?

Отложив приборы, я перешел сразу к сути. Задерживаться в доме главы гильдии с каждой минутой мне хотелось все меньше.

Раферти отер лицо салфеткой и повернул голову в мою сторону. Взгляд его стал твердым, потеряв остатки лести.

— Видите ли, тут какое дело, господин Монгомери. Мне нужна ваша помощь...

Альберт

— И чем же я могу быть вам полезен?

Мы в конечном счете перешли к сути дела. А я уж думал, что этот момент не наступит никогда.

— Понимаете... ‒ Раферти замялся и потер свой живот, не находя подходящих слов, чтобы объясниться.

— К сожалению, я не обладаю способностью читать мысли. Изложите свою просьбу, будьте так любезны.

Я видел, что глава Макинберда едва заметно скривился. Не часто с ним говорили таким тоном, в этом я был уверен. И все же мне было любопытно. Такие, как Раферти, не любили просить, а значит, дело действительно было сверхважное. По меркам господина Тернера.

— Вы правы, что тянуть кота за хвост. Вы же знаете, что скоро пройдут выборы...

Конечно, я знал.

— И знаете, что я каждый год побеждаю конкурентов с огромным отрывом.

Спорить было глупо. Кого надо Раферти подкупил. С кем надо заключил взаимовыгодные отношения. Кого-то просто устранил, не без помощи тех самых партнеров. Обо всем этом мне докладывалось.

Что же в этом году изменилось?

— Но сейчас, ‒ и снова нервное поглаживание живота. Так, глядишь, и дырку протрет. ‒ В Макинберде неспокойно.

Тут уж он меня удивил. Город казался вполне себе обычным. Почти безмятежным. Опять же, если сравнивать с городами, прилегающими к столице. Там и преступность была выше. И контрабандисты наглели, проворачивая свои делишки у властей под носом. Да и в целом народ был недоволен всем, чем только можно было и нельзя.

Так что Макинберд был почти образцовым городом, где происходили все те же дела, но не в таком количестве и не на глаз у всех.

— О чем идет речь?

Я весь собрался и обратился в слух, хотя со стороны кто-то бы вряд ли увидел во мне перемены. Держать лицо я умел.

— Так разве вы не слышали? ‒ мужчина удивленно приподнял брови. ‒ Головная боль... Люди жалуются на неизвестную болезнь.

Я отрицательно качнул головой. Об этом мои люди мне не доносили.

— Ну конечно, ‒ Раферти стукнул себя ладонью по лбу. ‒ Вы же только приехали. Но да, как бы печально это ни звучало, но по Макинберду ходит неизвестный недуг. Кого-то он отпускает... А кого-то мучает. И, возможно... Сводит с ума.

Ощущение тревоги ледяной рукой пробежалось по позвоночнику.

— И что же говорит... лекарь?

— Лисандер? ‒ глава города закатил глаза. ‒ Да ничего он не говорит. Ему, как всегда, мало средств. Господин Колинс требует собрать больных в одном месте и поместить их на карантин, чтобы он мог наблюдать за развитием болезни.

— И?

Пока что доводы лекаря мне казались вполне логичными.

— Так где же мне, простому служителю города, взять лишнюю монету на его задумку. Это все блажь, господин Монгомери. Не более.