Книга Адептка, какого тлена?, страница 85 – Надежда Мамаева

Мысленная оплеуха помогла. Я разозлилась. На себя. На ситуацию. На Харда. Спина распрямилась сама собой, а пальцы сжались в кулаки.

— Да, – глухо отозвался рассветный и развеял плетение, а затем и сухо добавил: – Встретимся сегодня в полночь у восточного перехода главного корпуса и вместе пойдем на задворки боевого факультета встречаться с твоими «нанимателями».

Я лишь поджала губы. Хотела ответить что-нибудь едкое, но не успела. Рассветный же стремительно развернулся и пошел прочь. Видимо, посчитал молчание знаком согласия. Гад! У меня, между прочим, оно было протестующим видом тишины с агрессивно-негативным оттенком!

Так и захотелось чем-нибудь швырнуть в его идеально прямую спину, которую я буравила взглядом. А затем он соскользнул чуть ниже, в район мужской зад… кхм, бедер, и я увидела сжатые в кулаки руки. Как будто рассветный пытался в них удержать себя. Или свое спокойствие. Хотя ему-то отчего психовать? Он же бесит своей диктатурой меня, а не себя!

Хард раздражал. Своей невозмутимостью. А еще тем, что отдает приказы. Кто он такой, чтобы мной командовать?

— Да чтоб тебя… – выругалась я, втянула в ладонь силу, которая так и не успела оформиться в заклинание, поправила ремень сумки и поспешила в столовую в надежде, что та еще не закрылась.

Когда же я добежала до дверей, то стало понятно: пройти в этой жизни может все, кроме невезения. Сегодня оно буквально преследовало меня по пятам. Подтверждением тому была закрытая дверь.

Я вздохнула, присела на ступеньку и заглянула в сумку. Кажется, там завалялся кусочек сыра – все, что осталось от круга, который Мик умыкнул из кладовой. Но, увы, в торбе обнаружился лишь братец. Он беззаботно дрых, укрывшись промасленной бумагой, в которую еще утром был завернут вожделенный ломтик. Что ж… Технически можно сказать, что сыр даже остался в сумке… Изменилась лишь его «упаковка» – из бумажной в пушистую.

Набитое пузико ровно поднималось и опускалось в такт мирному дыханию хомячелло. В этот миг братец казался таким беззащитным. Розовые, едва покрытые шерсткой ушки слегка подрагивали во сне, а одна из передних лапок была в сырных крошках.

Похоже, пока я была занята спасением, братец – обогащением. Углеводным, жировым и белковым. Хотя, может, он слопал все еще до моей встречи с Хардом и благополучно уснул, пропустив все.

Будить Мика я не стала, посчитав, что хоть кто-то из нас двоих должен полноценно отдохнуть. Для себя же решила, что раз с ужином не заладилось, то нужно сразу переходить к жертвоприношению. Точнее – к его расчетам. Ведь если все получится, то к полуночи произойдет техническая замена и на свидан… в смысле на встречу с рассветным пойду не я, а братец.

Так я старалась подбодрить себя на пути к учебному корпусу: возвращаться в общежитие особого смысла не было, да и пробираться после отбоя через охранную систему типа «вахтерша обыкновенная, подвид злобная» тоже не хотелось. А раньше, чем все адепты уснут (или сделают вид, что так оно и есть), соваться к порталу переноса не стоит: слишком много свидетелей. Я и так уже попалась на глаза работникам цеха.

В корпусе факультета некромантии я нашла свободную лабораторию. Пришлось приложить усилия, чтобы найти там нужные мне книги. Да и то ритуал жертвоприношения описывался в них лишь в теории.