Книга Адептка, какого тлена?, страница 83 – Надежда Мамаева

— Нравятся? – едко уточнила и добавила: – Тогда могу подсказать адрес лавки, где они продаются, чтоб ты мог купить себе такие же…

И озвучила маршрут, по которому Хард мог бы сходить, чтобы прибарахлиться. Но рассветному чем-то не понравился Вшивый проход. К слову, тот соединял две улицы и был местом, где работали цирюльники. И пару сотен лет назад под ногами прохожих порой валялись волосы не без живности в них. Сейчас там, конечно, многое изменилось, да и вшей научились изводить на раз заклинаниями, но название накрепко прилипло к проулку.

— Еще в Пекло меня пошли, – буркнул Хард.

— Похоже, ты только что оттуда, – в тон рассветному ответила я и, глянув сверху вниз, добавила: – Или где тебя так потрепало?

Никогда бы не подумала, что буду вести допрос в зарослях вейника, морально и физически нависая над законом. Точнее, его представителем.

— Почти угадала, – признался Хард. – Сегодня утром было несколько взрывов в литейных цехах.

— Старых или новых? – уточнила я.

— Заброшенных, – ответил рассветный. – Причем сначала два алхимических, потом магические. Разрывная сила как у боевых заклятий высшего порядка. Там размазало по стенам многих. По тому, что осталось, удалось опознать нескольких человек из банды Штопора.

— И это тебя на опознании так пробило? – Я кивком указала на грудь.

— Нет, это был голем. Похоже, тот, которого ты описывала. Он действительно двигался так, будто им никто не управляет.

— И как же ты с ним столкнулся? – не поняла я.

— Видишь ли, даже когда у двух банд разборки и взрывы, они предпочитают не оставлять свидетелей.

— А ты, значит, решил заглянуть к ним на огонек?

— Да, с детства, знаешь ли, люблю фейерверки… – хмыкнул Хард, которому стало, видимо, совсем хорошо.

— Смотреть или устраивать? – полюбопытствовала я.

— Совмещать, – ответил рассветный.

И тут за нами со стороны дорожки раздалось покашливание, и строгий, чуть надтреснутый голос произнес:

— Например, учебу с бурной личной жизнью.

Я узнала этот голос. И он сулил большие неприятности. Тут одними нотациями дело не кончится. Минимум отработка или штрафные баллы. Потому как ректор Витрогир был магом суровым и безобразий на вверенных ему территориях не терпел.

На ногах мы с Хардом оказались в мгновение ока. Рассветный еще и куртку успел запахнуть, закрыв ее полами алое пятно на рубахе. Видимо, не хотел лишних вопросов, которые обязательно бы появились у Витрогира при виде крови.

А я же подумала, что теперь, случись нам с вахтершей оказаться в кабинете главы академии, про распускаемые за моей спиной слухи, порочащие репутацию, можно даже не заикаться. Вот ведь… Я покосилась на высокие травы. В кусты, как выяснилось, падать куда практичнее!

И даже соврать ничего правдоподобного в оправдание не получится! А правду говорить нельзя. Оставалось лишь симулировать искреннее раскаяние. Но, как оказалось, один рассветный и из этой ситуации нашел выход.

— Форменные бесстыдство и наглость, – меж тем, нахмурившись, отчеканил ректор. – И даже не прикрытые ни темным куполом, ни отводом глаз. Я…

— Сожалею, мессир Витрогир, – шагнув вперед, перебил главу академии рассветный и, не дожидаясь, пока на него рассерженный ректор накинет проклятие немоты, протараторил: – Что я и моя невеста не смогли совладать со своими чувствами. И я готов понести за это наказание. Потому что это лишь моя и только моя вина.