Книга Фотографов с рук не кормить, страница 89 – Надежда Мамаева

— Вот тут сгружай. — Димка махнул рукой, указывая на фотозону.

Та была оформлена в рустикальном стиле: солома, кружево и мешковина, кринки ручной работы, живые цветы, колесо от телеги… Имитирующий старую деревню антураж, простенький и незамысловатый на первый взгляд … А на второй понимаешь, насколько это дорого. Ведь за каждый аутентичный элемент современные мастера древних ремесел просили немалую цену. А здесь все было настоящим. Не из папье-маше. И подковы, и керамические чаши, и цельнодеревянные блюда с резными узорами, и домотканки, и ручная вышивка на салфетках…

— Впечатляет. — Я присвистнула.

Димка приосанился. Весь его вид говорил: «А то ж!» — словно это он сам, а не декораторы работали над этой фотозоной. И, хлопнув по плечу Ника, произнес:

— Ладно, давай! — И уже обращаясь к нам обоим: — Через три часа закончим, если не продлят. Но, если что, Ань, я могу тебя до города подкинуть.

— Я сам заберу, — сказал как отрезал рыжий и, чуть замявшись, добавил: — Ань, а можно твой смартфон? Загуглить надо, а у моего зарядка села…

Пришлось дать. И пока я протягивала свой самсунг, Димка на секунду бросил взгляд куда-то в сторону. Ник тут же незаметно мотнул мне головой: мол, отвлеки. Я понятливо кивнула. А затем переключила все внимание своего коллеги, задав вопрос:

— Как думаешь, стоит тилт-шифт прикрутить или нет?

— Я в плане объективов старовер и считаю, что для репортажки нет ничего лучше телевика, — авторитетно усмехнулся Димка.

Профессиональный спор, чьи фломастеры самые ядреные, вышел коротким, но содержательным. Зато захватил Димку полностью, и Ник незаметно скрылся. Последнее, что я видела, как он подхватил вазу с цветами, изображая то ли грузчика, то ли декоратора.

А потом началась она. Моя любимая работа. Да, она была не самой легкой, хотя со стороны может показаться иное. Делов-то — на кнопку нажимай и станешь шедевратором. Но между кадром и хорошим кадром — пропасть. И ради того, чтобы снимок получился, и на коленях стоишь, и на животе лежишь, держа в руках тушку с объективом. Зачастую тяжеленькую. Это в руках ее покрутить пару минут — ерунда. А пару часов? И держать ее нужно, как винтовку стрелку. Ровно, чтобы не тряслась. Но несмотря на то, что фотография порою выматывала, выжимала все соки, я ее любила.

Любила за то, что снимок — лишь краткий миг стремительной, ускользающей жизни. Но он сам может жить вечно. Любила за воображение. Оно фотографам нужно больше, чем художникам. Ведь художник может выдумать какие-то вещи. А в съемке настолько все обыденно, что приходится быть крайне внимательной, чтобы увидеть необычное.

И сейчас этим самым удивительным была естественность. Улыбки многих гостей были просто улыбками. Широкими и дежурными. Это был не праздник ради праздника, а повод для деловой встречи. Но от нас требовалось показать, что это именно не «встреча без галстуков», а теплая дружеская встреча. И мы с Димкой показывали. Каждым кадром. Мы не лгали зрителю. Мы просто ловили момент искренней радости на лицах.

Я увлеклась. Ушла с головой в работу и… только каким-то чудом, на минуту сделав перерыв и отойдя за угол дома, там, где не было гостей, увидела через панорамное окно Ника. Точнее, то, как он пытается отбиться от трех охранников.