Книга Фотографов с рук не кормить, страница 75 – Надежда Мамаева

— В чем сегодня заключается моя шпионско-подрывная деятельность? — насмешливо вопросила Искра, отстегивая ремень безопасности.

— Вести себя хорошо.

— За невыполнимые задания не берусь! — тут же фыркнула она в ответ.

Пришлось пояснить:

— Ань, мне кое-что нужно прикупить для кабинета Макса. Спрячешь жучок у него во время уборки в укромном месте и увольняйся.

— Почему нельзя установить программу, как вчера у Новогорской? — не поняла она.

— Потому что Макс — программист. У него комп подключен только к внутренней локальной сети и защищен не хуже счетов швейцарского банка. Выхода в инет нет, чтобы не допустить вероятности взлома и слива разработок. Так что старый добрый жучок — надежнее. Глушилку я отключу через систему безопасности. Так что можно будет прослушать.

— А этот… как его, ну пятый? — насторожилась Искра.

— Марк Васильевич? — подсказал я и пояснил: — Он редко бывает в самой компании. Предпочитает следить за всем удаленно. Тот день, когда я сказал ему о том, что программа имеет дыры, был редким случаем, когда Васильевич оказался на рабочем месте.

— И как с ним?..

— Я пока думаю над парой вариантов. В крайнем случае — заявлюсь воскресшим призраком, жаждущим отмщения и признания. Жаль только, что эту карту можно разыграть один раз.

— Подставиться? — правильно поняла мой запасной план Искра. — А если он, увидев тебя, решит не размениваться на разговоры, а сразу добить такой разговорчивый труп в твоем лице?

— Поэтому я и говорю, что это крайний случай. Пока же у нас по Романову, Филу и Инге куча косвенных улик и явный мотив. Но нет прямых доказательст…

Меня перебил истошный рев клаксона. Два авто чуть не поцеловались на перекрестке. Зато мы с Искрой как-то разом вспомнили о времени.

— До вечера! — крикнула она, обернувшись на бегу и сверкнув искренней улыбкой.

Я поднял руку, махнув моей Энн. Пока она будет в Глоке, мне нужно было заглянуть в пару мест и прикупить кое-что.

Аня

День, который начался с вымогательства под угрозой аутодафе, продолжился признанием Ника, просто не мог закончиться тихо и спокойно. Хотя я в это усиленно верила аж целых восемь рабочих часов, пока мыла полы, протирала полки… В общем, занималась перемещением пыли в другие, более малозаметные места. А еще изо всех сил старалась быть приличным тихим менеджером по клинингу. И вот честно, это отняло столько сил, что, громи я офис с верхнего этажа по цокольный до уровня «руины», наверняка устала бы меньше.

И вот наконец, став свободной, аки птица, но ровно до десяти ноль-ноль завтрашнего утра, я выпорхнула с работы. И… у машины меня поджидал Ник. Улыбающийся, с букетом и хитринкой во взгляде.

Цветы были хороши. Настолько, что мое ворчливое напоминание «у нас же еще съемка» как-то прошло на уровне идеи, так и не озвученной. Мне было приятно. Очень. И ещё немного грустно. Потому что я понимала: когда-то, скорее всего даже скоро, это закончится. И ухаживания, и сам Ник.

Поймала себя на мысли: абсолютно счастливы могут быть только люди, не ведающие своего будущего. А мне вот это подспудное знание отравляло момент.

— Красивые, — выдохнула я, не желая показывать, что моя радость с привкусом печали. И, чтобы сменить тему, спросила первое, что пришло на ум: — Нашел, что искал? Для прослушки.