Книга Интервью для Мери Сью. Раздразнить дракона, страница 86 – Надежда Мамаева

— И даже драконицы ждут? — поразилась я.

— И даже они, — в тон мне ответил Брок. — Ждут, надеются и верят.

Нет, его не переубедить, что истинное счастье — это возможность взлететь самой и знать, что если начнешь падать, то тебя поймают. Это. А не сидение на земле, пусть и парящей в небесах.

— Тебе никто не говорил, что ты тиран в мягких тапках?

— Нет, — мотнул головой дракон. — Γоворили много лестного, пока я был младшим братом энга парящей твердыни, много честного, когда стал командующим, и унизительного, пока был в плену, но «тираном» ещё никто не оскорблял.

Я смотрела на Брока. Спокойного, собранного, за шутливым тоном скрывающего то, что его гнетет, и решилась:

— Скажи, то нападение дракона, который выжег бриталь… Оно ведь произошло не на пустом месте?

Я почувствовала, что мышцы на руках Брока сократились резко, как бюджет, и я оказалась еще теснее прижата к телу дракона.

— Скажи, задавать вопросы, на которые тяжелее всего ответить, — это у тебя врожденный дар, или были талантливые учителя?

— Нет, это профессиональный рефлекс, — я внимательно посмотрела на Брока.

— Тяжело с тобой, — покачал головой дракон.

Я обиделась. Всего-то пятьдесят три килограмма. А ещё «мне донести ничего не стоит…»

— Если тяжело, поставь обратно. Туда, где взял.

Но Брок лишь прижал еще крепче. Хотя казалось бы куда еще-то.

— Я не о том, но раз ты хочешь знать…

На поляне уже вовсю слышался смех, разговоры. Кто-то даже пробовал бренчать на местном музыкальном инструменте — нехайтарпе. Сея жуткая штуковина напоминала половинку чурбака, к которой с дури притачали и клавиши, и струны одновременно. Но и этого изобретателям оказалось мало: к нехайтарпе прилагался ещё и смычок. Но, несмотря на все пришпандоренный к ней гаджеты, звучала она отвратно. У меня создалось ощущение, что кошка, которую тянут за хвост, и то орет мелодичнее.

Тем не менее слушатели мужественно терпели, поскольку в роли исполнителя был здоровенный детина: такому попробуй возрази, вмиг уверишься в гениальности музыканта, бороздя носом землю на бреющем полете.

Сначала здоровяк долго прилаживался, натягивал струны, а потом, видно, решил: «Нехай тэк!», и мелодия полилась в народ. Народ мучился, но терпел, пока Ярика, состроив глазки, не сумела-таки выманить у меломана инструмент и не забренчала сама. К слову, у нее это выходило гораздо благозвучнее.

А мы с Броком сидели на границе света и тьмы так, чтобы случайный глаз нас не увидел, а уши — не услышали. Дракон рассказывал без пафоса, не оправдываясь и не обвиняя. И я понимала: каждое его слово — правда.

Испепелил ту бриталь старший брат Брока — Вьельм. И на то была веская причина: кто-то из жителей городка убил его возлюбленную. Она камнем упала в расщелину, сбитая магическим огнем.

Самки всегда слабее самцов, и невеста не смогла расправить крылья, ударившись о камни. С такой высоты, с которой рухнула Марна, в живых не остаются даже драконы.

Все это произошло в день свадьбы. В первый полет, что супруги должны были лететь крылом к крылу. Вьельм обезумел и решил покарать убийцу-мага, который поспешил укрыться за стенами бритали. Гнев и отчаяние во сто крат увеличили пламя дракона, что был не так силен, но полон ярости. И все же горожане его атаку отбили.