Онлайн книга «Фамильяр на мою голову!»
|
— Не можешь или не хочешь? — выдохнула, и, забыв, что палец болит, чуть отвела его, и ткнула в мужскую грудь еще раз, и… — Гадство-о-о-о!!! — протянула я и затрясла рукой. Ибо боль оказалась сильнее гордости, злости… да всего! Кажется, я дотыкалась и… сломала указательный! — Дай посмотрю, — произнес Себастьян так уверенно, что и мысли не возникло возразить. А в следующий миг боль утихла. Не ушла совсем, но притупилась, став выносимой. — У тебя вывих, — констатировал малефик и добавил: — Вправить могу, но с заживляющими заклинаниями у меня не очень. — Тьме целительство чуждо… Давай провожу до лазарета. И плеча что-то мягко коснулось и заскользило ниже. Решила сначала, что это легла ладонь проклятийника, но… свои руки он держал при себе. Снова его якобы непослушная сила? Только отчего-то Себастьян напрягся и приказал мне: — Замри! А в следующий миг его рука метнулась мимо моего лица и отбросила какую-то ветку. Ну, в первый миг мне показалось именно так. А в следующий с пальцев мага сорвалось черное пламя, и я увидела, как в нем вспыхнула то ли ветка, то ли какая-то тварь. Во всяком случае, вопила она как образцовая гаргулья. А извивалась, точно змея. Это что, она по мне ползла?.. — Бежим! — приказал Себ, пока я пыталась определить: это была гадская ожившая омела, сучок от вяза или все же ползучая гадина. И вообще понять: меня укусить пытались или придушить. Был бы папа рядом, он бы точно сказал, каким способом меня только что чуть не убили. Это он у нас в семье по плотоядным растениям специалист. Я же за все то время, что провела с ним на добыче образцов, лучше всего усвоила урок: если тебя пытаются отравить, сожрать или оплести, а у тебя в руках нет хотя бы огнемета, нужно делать ноги! А у меня его не было. Только проклятийник. И как его перевести на боевой взвод, я пока не знала… Все эти идиотские мысли пронеслись в моей голове, пока мы сами с малефиком мчались сквозь заросли по узкой дорожке. А меж тем ветви как-то подозрительно оживали и норовили нас проткнуть, точно пики копий. Если это и есть та самая орущая аллея для влюбленных парочек — я пас. Никаких свиданий! Как по мне, это лучшая профилактика дурости, именуемой взаимные чувства (и их последствия), какую мог придумать ректор. Сходишь в такой обстановке на романтику — и до пятого курса будешь думать только об учебе. Правда, было одно «но»: Себ сказал, что деревья должны скабрезные шуточки и комментарии отпускать, но не нападать… — Какого… — выдохнула я, увернувшись от очередного сучка, который едва не пропорол мне плечо. При таком раскладе я даже на время забыла о своем вывихнутом пальце. По сравнению с тем, что я могла свернуть шею, это была вообще сущая ерунда. — Какой-то идиот то ли жертву принес, то ли призыв высшей темной сущности провел, — выдохнул малефик, швыряя в очередную живую коряжку темное пламя. — Вот проклятая роща и пробудилась… Выспрашивать подробности времени не было. Я уяснила только одно: мы не на той свиданутой аллее. А жаль. Лучше уж слушать едкие комментарии дубов, чем самой дать дуба от нападения ясеня. Или вяза. Или граба… Хрен огородный в темноте эти деревья, которые норовят нам по тыквам настучать, разберет. Сейчас был один из тех моментов, когда я отчаянно ненавидела ботанику. Правда, все остальные подобные эпизоды случались исключительно в компании отца, возжелавшего очередного эпифита в свою коллекцию. Или паразита… |