Книга Развод с драконом. Ненужная жена родового дома, страница 7 – Ангелина Сантос

Элиана почувствовала, как ключи больно впились в ладонь.

— Мира…

— Лина плакала, — сказал Теон. — А стены сказали, что плохая белая дама хочет забрать вашу комнату.

Селеста побелела.

— Что за вздор!

Теон спрятался за сестру, но искра в его кулаке стала ярче.

Мира шагнула в зал. Очень маленькая девочка среди взрослых, которые решали ее судьбу, даже не подумав позвать ее к столу.

— Не уходите, пожалуйста, — сказала она Элиане. — Дом плакал.

Элиана не смогла ответить сразу.

Потому что в этот миг все ее выдержанное спокойствие оказалось хрупким, как тонкое стекло. Развод можно было пережить. Унижение — выдержать. Чужую женщину рядом с мужем — запомнить и однажды перестать чувствовать.

Но детский голос, полный страха, ударил туда, где еще оставалось живое.

Рейнар двинулся к детям.

— Мира, Теон, это разговор взрослых.

Дом загудел.

Пол между Рейнаром и детьми пошел тонкими светлыми трещинами. Не разрушился, нет. Просто обозначил границу.

Рейнар остановился.

Очень медленно посмотрел вниз.

Потом на Элиану.

Впервые в его лице мелькнуло что-то похожее на потрясение.

Мира обошла светящуюся линию и подбежала к Элиане. Вцепилась в ее платье обеими руками. Теон последовал за сестрой и прижался к другому боку, все еще держа искру в кулаке.

— Не отдавайте нас ей, — прошептал он.

Элиана положила ладонь ему на волосы.

И дом затих.

Не совсем. Он продолжал дышать в стенах, смотреть портретами, держать двери закрытыми. Но теперь его молчание стало другим.

Ожидающим.

Рейнар смотрел на детей у ее юбки. На ключи в ее руке. На белый огонь в камине.

Селеста сделала шаг вперед, и ее голос дрогнул впервые за вечер:

— Это недопустимо. Дети напуганы, она настроила их против меня.

Мира резко обернулась.

— Вы сказали, что у госпожи Элианы больше не будет места в доме.

Селеста застыла.

— Я сказала, что взрослые иногда меняют порядок жизни.

— Вы сказали, что ее комнаты станут вашими, — тихо добавила девочка. — И что мы привыкнем.

Лина у стены зажала рот обеими руками.

Моргарт рявкнул:

— Уведите детей!

Двери захлопнулись снова.

Теперь все.

Главные. Боковые. Даже маленькая дверь для слуг.

Зал оказался заперт.

Белый огонь взметнулся выше, и на дальней стене, прямо над родовым гербом Арвендоров, проступила надпись. Не чернилами. Не пламенем. Тонкими светящимися трещинами в камне.

Слово было одно.

ХОЗЯЙКА.

Элиана смотрела на него, не дыша.

Все смотрели.

Селеста медленно отступила от Рейнара. В ее глазах больше не было мягкости, только страх и злоба, обнаженная так резко, что красота лица стала тонкой маской.

Моргарт побелел до серости.

— Дом ошибается, — сказал он.

И в этот миг Черное Крыло рассмеялось.

Не человеческим смехом. Скрипом балок, звоном стекол, рокотом камня, хлопком пламени в камине. Старый дом на скале, который веками слушал приказы драконов, смеялся над старейшиной рода.

Элиана медленно повернулась к Рейнару.

Еще утром она была его женой. Тихой. Удобной. Ненужной.

Сейчас у ее ног стояли дети. В руке лежали ключи. За спиной горел белый огонь. На стене светилось слово, которое никто в этом доме никогда не произносил рядом с ее именем.

Рейнар смотрел на нее так, будто видел впервые.

— Элиана, — сказал он низко. — Отойди от детей.

Она почувствовала, как Мира сильнее сжала ее платье. Теон уткнулся лбом ей в бок.