Книга Лекарь из другого мира, страница 38 – Рина Вергина

— Что тебе здесь нужно?

Я что-то пробормотала в ответ. На самом деле мне просто хотелось узнать, что происходит в городе. Да и в местной аптеке я еще ни разу не была.

Я вошла внутрь. Баронесса не захотела идти со мной, что меня только обрадовало. Теперь я могла спокойно поговорить с аптекарем и узнать, что за зараза пришла в город.

Внутри аптеки пахло травами и чем-то горьковатым, лекарственным. За прилавком стоял пожилой мужчина с усталым лицом и глубокими морщинами, прорезавшими его щеки. Он внимательно рассматривал какую-то склянку на свет.

— Добрый день, — поздоровалась я, стараясь говорить как можно более непринужденно.

Аптекарь вздрогнул и поднял на меня взгляд.

— Добрый день, госпожа, — ответил он, слегка поклонившись. — Чем могу быть полезен?

— Я… просто хотела узнать, что происходит в городе, — сказала я, стараясь не выдать своего волнения. — Видела черные кресты на домах…

Лицо аптекаря помрачнело. Он вздохнул и отложил склянку.

— Гнилая горячка, госпожа. Самая настоящая гнилая горячка. Она пришла к нам несколько недель назад, когда мимо нас прошла королевская армия.

Мое сердце бешено заколотилось. Все же тиф добрался и до города.

— И что… что вы делаете? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие.

— Что мы можем сделать? — Аптекарь горько усмехнулся. — У нас не хватает лекарств, не хватает врачей. Люди умирают, как мухи.

Я почувствовала, как во мне просыпается старый инстинкт. Инстинкт врача. Инстинкт спасать жизни.

— А какие лекарства у вас есть? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Что вы даете больным?

Аптекарь начал перечислять названия трав и снадобий, которые я никогда раньше не слышала. Большинство из них, судя по его описанию, были просто успокоительными средствами.

— И это все? — спросила я, чувствуя, как во мне нарастает отчаяние. — Нет ли чего-нибудь более… эффективного?

Аптекарь покачал головой.

— У нас есть несколько флаконов с эликсиром, привезенным из-за границы, но они слишком дороги для большинства людей. Да и не всегда помогают.

— Нужно устроить карантин, закрыть город…

Аптекарь посмотрел на меня с удивлением.

— Карантин? Госпожа, вы шутите? Кто будет соблюдать карантин? Люди голодают, им нужно работать, чтобы выжить. Они не могут позволить себе сидеть дома.

Я поняла, что он прав. В этом мире выживание было важнее всего. Но если ничего не делать, зараза и дальше будет распространяться по стране.

Я вышла из аптеки, словно оглушенная. Баронесса ждала меня в карете, недовольно нахмурив брови.

— Что ты там так долго делала? — спросила она. — У меня уже голова разболелась от ожидания.

— Ничего, матушка, — ответила я, стараясь скрыть свое волнение. — Просто немного разговорилась с аптекарем.

Я села в карету и откинулась на спинку сиденья. В голове крутился ворох мыслей.

Эпидемия. Голод. Бедность. И моя мечта о лекарской школе…

Мысли о Фредерике разом отошли на второй план. Разговор с лекарем напомнил мне о той, кто я есть. Маргарите Робертовне, у которой просто руки чесались начать действовать.

В тот день я и не подозревала, что скоро судьба даст мне выбор.

За ужином я исподволь наблюдала за своей семьей. Барон, как всегда, предавался чревоугодию, запивая жаркое свежим элем, который кухарка вдоволь наготовила из ячменного солода. Ячмень в этом году уродился, в отличии от пшеницы и овса. Батюшка по этому поводу любил повторять — «пусть есть будем в эту зиму не досыта, зато бочки будут полны эля».