Книга Медвежье сердце, страница 147 – Елена Михалёва

— И что же? – Ив попытался собрать часть соуса кусочком хлеба прямо с того блюда, где лежала индюшка, но Евания замахнулась на него длинной вилкой для разделки мяса, заставив лорда-протектора резко передумать.

— Ночью мастер Хелвит нанес на шотели руны, а утром мне вернули мое оружие и разрешили продолжить тренировки, – Крис улыбнулся своим мастерам. – Я был так горд собой. В другой раз я был так же горд, только когда попал в ученики к мастеру Гарана.

ВарДейк торопливо закинул в рот кусочек птицы, чтобы никто не заметил, как погасла его улыбка. Но все были слишком заняты ужином.

— Не ешь лук, пожалуйста, – тихо попросила мужа Рослин, когда заметила на его тарелке целую горку красного лука из теплого салата. – Спать рядом потом невозможно.

— Какое оружие ты выбрал, папаша-медведь? – с любопытством поинтересовался Крис, игнорируя жену и лук одновременно.

— Меч, – Иврос стянул с блюда еще один ломтик хлеба с семечками.

— Меч? – Из кухни показалась Алиссана. – Я думала, мастер Адлер заставляет тебя упражняться с посохом. – Она втиснулась на свое место между Рос и Керикой.

— Мы про наши тренировки, – ответил за импери Бергард. – А с Велланой они действительно тренируются на посохах. И еще она учит Ивроса приказывать клевретам. Этот их тайный язык императорского авангарда, как будто никто его не понимает.

Алиссана кивнула и возвратилась к трапезе.

Хозяин дома сидел довольно тихо, наблюдая за собравшимися со своего поста во главе стола. Не говорил ни о чем, отмечая про себя нечто ведомое одному лишь ему. Впрочем, как поступал и всегда.

Ректор открыл несколько одинаковых бутылок вина и жестом попросил Криса помочь ему разлить благородный напиток по бокалам. Для этого вечера было куплено лучшее вино, какое имелось в городе, – золотисто-янтарное, тонко пахнущее ванилью и грушей.

Какое-то время все ели молча и с удовольствием, лишь изредка обмениваясь короткими репликами. То Рослин напоминала Крису не притрагиваться к луку, то Керика обращалась за чем-то к Алиссане или Евании. Тарелки постепенно пустели, вино в бокалах таяло и подливалось снова.

А потом произошло совсем уж непредвиденное. Прозвучало нечто такое, отчего все тотчас перестали жевать.

— Я горжусь вами, мальчики, – Авериус Гарана произнес это столь естественным тоном, будто говорил о совершенно очевидных для него вещах.

Иврос и Крисмер обменялись быстрыми взглядами, пытаясь понять, их ли он имеет в виду под «мальчиками».

Вместо уточнения ректор поднял свой бокал и провозгласил несколько странный, на первый взгляд, тост:

— За руки нашего Императора. Правую, – бокал указал на импери. А потом на второго чародея: – И левую. И за то, чтобы между ними никогда не возникало поводов для разногласий, потому что служат они одному и тому же делу.

Зазвенело стекло под радостные восклицания гостей.

— Да, забавно вышло, – усмехнулся Крис и осушил свой бокал.

— Тебе уже выделили особое жилье внутри императорской части города, Иврос. Целый этаж во дворце. И ты можешь от нас переехать, – Авериус Гарана говорил ровным и совершенно невозмутимым голосом, но сам не сводил с него глаз. Изучал каждую перемену в нем.

Эти пристальные гляделки заметили за столом все, кроме самого Ивроса. Тот продолжал как ни в чем не бывало заедать вино, которое показалось ему слишком кислым.