Книга Лаванда и ментол, страница 37 – Александра Рябкина

— Я бы тоже не хотела, чтобы он висел где-нибудь у тебя дома. – Су Ен поморщилась, будто одна мысль о том, что У Хек все время смотрел бы на ее портрет, вызывала у нее отторжение. На самом деле она забавлялась. – Извращенец, – усмехнулась Су Ен в тот момент, когда к У Хеку подошел мужчина в черном костюме и что-то быстро доложил.

— Уже купили? – Глаза художника Сона округлились от удивления, а после он злорадно улыбнулся, поворачиваясь к Су Ен. – Твой портрет будет висеть у кого-то другого. – Губы У Хека сильнее растянулись в улыбке. – А вдруг покупатель – маньяк, который станет тебя преследовать? – Заразительная улыбка У Хека заставила Су Ен цокнуть языком и ущипнуть друга за бок. Шутка оказалась дурацкой. Иногда, как, например, сейчас, его ребячливость переходила все границы. Он слишком обрадовался, что продал портрет. Его картины стоили недешево, так что покупатель был явно обеспеченным человеком.

— А имя у покупателя есть? – Су Ен украдкой посмотрела на своего телохранителя и заметила, как тот усмехнулся уголком губ.

«Серьезно?» – одними губами произнесла она, на что получила от волколака хитрый взгляд и короткое пожатие плечами.

— Некий Хван Юн Хо, – задумчиво отозвался У Хек, но улыбка по-прежнему не сползала с его лица. – Маньяк он или нет, но явно при деньгах. – При них картину тут же сняли со стены. Этой покупкой Юн Хо словно хотел показать Су Ен, что никому не позволит лицезреть ее. Юн Хо явно особо не волновало, как дико это звучало. Слишком уж расслабленным и спокойным он оставался. – Знаешь его?

— Слышала его имя пару раз, – хмыкнула Су Ен, вновь покосившись на Юн Хо. На этот раз ликовала она, ведь он нахмурился, а в воздухе чувствовался запах его раздражения, смешанного с азартным голодом. Су Ен точно сводила его с ума.

— Имя? – Приглушенный шепот У Хека вырвал ее из попыток довести волколака до бешеной пены у рта.

— Имя. – Су Ен легко повела плечами, будто они обсуждали покупку токпокки. – Но я рада, что ты не будешь пускать слюни на портрет. – Это было шуткой на грани. Чувства У Хека лежали на поверхности, отчего Су Ен частенько бывало не по себе.

— Зато это будет делать кто-то другой. – У Хек попытался напугать и смутить Су Ен, но только вызвал ее улыбку. О да, новый владелец картины точно будет это делать, но в своей манере, как это обычно любили делать волколаки. Нет, метить портрет он не будет. И нет, грызть и выть точно не станет.

Но что-то подсказывало Су Ен, что в стенах дома никто не помешает Юн Хо задержать свой взгляд на портрете, когда он будет проходить мимо, например, с бокалом вина в руке. Су Ен представила, как бы он выглядел: ленивая походка, тонкие пальцы, обвивающие ножку бокала, и долгий пылающий взгляд. Никто не запретит ему запомнить каждую крапинку в голубых глазах своей нареченной и разглядеть тоску, которая таилась за стеной холодного равнодушия, даже если у Су Ен такое внимание вызывало дрожь по всему телу.

И уж точно никто не помешает Юн Хо повесить картину в спальне, где он сможет удобно устроиться на кровати и…

Су Ен мотнула головой, чтобы не продолжать полет фантазий. Она почувствовала, как запылали щеки, а внутренняя волчица, будто в противовес, с интересом навострила уши.

— А это меня уже не касается. – Су Ен повернулась, мечтая посмотреть остальные картины, когда прямо перед ней вырос высокий и изящный женский силуэт. На лице незнакомки красовалась лисья улыбка, ее глаза так и сияли. А вот волколак, который еще мгновение назад забавлялся немым диалогом с Су Ен, напрягся.