Книга Лаванда и ментол, страница 35 – Александра Рябкина

Сама того не осознавая, Су Ен искала своего телохранителя, будто он мог избавить ее от всех неприятностей. Взгляд угольно-черных глаз Юн Хо заставил ее замереть. Она, конечно, предполагала, что волколаки ревностно относятся к своим нареченным, но и представить не могла, что безэмоциональное лицо Хван Юн Хо может стать настолько пугающе угрожающим.

Ох, если бы в этот момент У Хек повернул голову в сторону волколака, что стоял неподалеку от Су Ен, художник бы тотчас убрал свою лапку, дабы не лишиться пальцев. Су Ен незаметно ущипнула друга, желая избавиться от его руки до того момента, как Юн Хо слетит с катушек, но У Хек только скривился.

— Ты бы мне не простил, если бы я осталась дома, – шикнула Су Ен, скидывая с себя руку нерадивого художника. – А теперь я не могу простить тебе, что мне приходится терпеть твое общество.

— Ты такая злая, нуна^[11]. – Стоило У Хеку так назвать Су Ен, как ее желание врезать ему по голове чем-нибудь тяжелым, например, вон той статуэткой, увеличилось. – Неужели не пришла бы, даже зная, что здесь выставляется твой портрет?

— Да. – Су Ен цокнула языком, подходя к одной из картин. На стене в ряд висели портреты, на которых У Хек изобразил настолько яркие человеческие эмоции, что разглядывать их хотелось час за часом. Жаль только, что разговоры посторонних людей мешали Су Ен наслаждаться.

— Хватит ко мне липнуть! – зашипела она, искренне пытаясь сдержать рвущийся наружу рык.

Ее услышал У Хек и еще один крайне угрюмый волколак, который следовал за Су Ен, словно тень, сохраняя почтительное расстояние.

Су Ен, стараясь держать раздражение на поводке, заметила ухмылку на лице Хван Юн Хо. Она призналась себе в том, что наблюдать за волколаком в людном месте было отличным развлечением.

— Здесь не так много… – У Хек заткнулся на полуслове, стоило только Су Ен обжечь его взглядом. С каких пор этот паршивец перестал держать рот на замке? Кажется, пора ему напомнить, что если он продолжит свою гребаную неуместную мысль, то Су Ен либо уедет, либо действительно чем-нибудь его ударит. И второй вариант был куда более вероятным. – Су Ен…

— Все в порядке. – Она отмахнулась от слов друга и опустила плечи. Последние дни выдались настолько безумными, что у нее просто не оставалось сил, чтобы с кем-то ругаться или спорить. Она сдалась. На этот раз госпожа Кан Су Ен собиралась плыть по течению, даже если это самое течение унесет ее в открытый океан. Но сейчас она знала, что, поступи она так, Юн Хо, пообещав быть неподалеку, последовал бы за ней.

К тому же сложно было не понять: Сон У Хек не хотел показаться грубым или капризным. Он просто хотел, чтобы подруга была рядом в важный для него момент. И только Су Ен была виновата в том, что не выносила подобных сборищ. Порой она чувствовала себя социопатом, который хотел убить каждого в комнате, кто косо на нее смотрел или проявлял излишнее внимание.

Но потом Су Ен вспоминала о том, что убийство уголовно наказуемо, и внутренняя волчица сразу успокаивалась, переставая скалиться.

— С тобой хотели поздороваться, – мягко произнес У Хек.

Су Ен с головой окунулась в череду приветствий и рукопожатий, которые даже через перчатку зачастую отдавались шепотом или гомоном в голове.

Хотелось убежать.

Но вместо этого она улыбалась новым лицам. Люди. Перевертыши. Сплошные фальшивые улыбки, от которых мутило.