Книга Ставь на единорога, страница 65 – Наталья Филимонова

С другой стороны, магическое сообщество все равно ни за что не пойдет на то, чтобы отказаться от системы патентов. В конце концов, те же маги-практики защищают свои изобретения тем же способом.

Но здесь и сейчас мой метод еще не защищен патентом. Его вообще не существует для магической общественности. Что бы Сабо ни создал сейчас на его основе, он не обязан будет даже делиться со мной доходами. Более того – имей он прямо сейчас магическую лицензию, он вполне мог бы заявить о своем первенстве в моем же методе, попытавшись опередить меня.

При текущем раскладе сделать этого он, конечно, не может. Но может при желании подпортить мою репутацию после, уже получив лицензию, если заявит, что якобы был первым – и сможет в доказательство предъявить свои работы.

Я усмехнулась. Дорин Сабо принципиально не продавал никому права на свои изобретения. Да, это говорит о том, что у него есть собственные амбиции. Но не только об этом. Тот, кто так трепетно относится к собственным детищам, едва ли захочет прославиться за счет чужого.

А кроме того – у Дорина Сабо более чем достаточно собственных идей. Зачем ему присваивать чужие?

— Вы поняли все верно, – я уверенно кивнула. – Правда, как вы понимаете, будет считаться, что вы работаете под моим кураторством и научным руководством, в качестве стажера и в процессе подготовки к лицензионной комиссии. А сразу после получения лицензии сможете оформить патенты. Для начала на вашем месте я усовершенствовала бы ваш магофон. Подумайте – он может работать на любых расстояниях. Потом… впрочем, думаю, вы сами найдете, к чему можно приложить такие возможности.

Ответить Сабо не успел, поскольку в этот момент дверь лаборатории распахнулась, и в нее ввалился мой лаборант… правда, лаборанта я в нем опознала не в первую секунду. Ратко оказался до того пропылен, что даже приметная масть взъерошенных волос угадывалась не сразу, одежда в полнейшем беспорядке, сюртук местами порван, шейный платок сбился набок, а на лбу…

Недоверчиво присмотревшись, я едва удержалась от не слишком воспитанного замечания. А вот Дорин Сабо сдерживать себя не стал – присвистнул.

Это же не может быть… копыто, правда?

Увы, отчетливо отпечатавшийся на лбу след подковы – даже с проступающими гвоздиками! – практически не оставлял шансов воображению.

…Поразительно крепкая голова у моего лаборанта!

— Ясного дня, кэри Морриш! – привычно-жизнерадостно возвестил юноша и широко улыбнулся, похоже, искренне не замечая собственного вида. – Простите, я немного задержался на отработке в зверинце. Вы просто не поверите!..

— Кэр Милич, – осторожно начала я, – у вас на лбу… эээ…

— А, – парень, потерев лоб, махнул рукой. – Мы немного повздорили. Ерунда!

— С конем? – я приподняла бровь.

— И с ним тоже, – вздохнул Ратко. – Зато я теперь точно знаю, что был прав!

В чем был прав Ратко, он мне тут же немедленно и поведал, по обыкновению бурно жестикулируя и едва не подпрыгивая от восторга.

Как показало углубленное исследование – и только Ратко знает, чего это исследование стоило ему лично – у Белого Ветра действительно был собственный магический контур. Не внешний, не встроенный в генетическую структуру манипуляциями магов-анималистов – а свой, врожденный. Как у человека-мага, разве что очень слабого мага, слабее даже меня – поэтому его магический фон никогда и не привлекал внимания, воспринимаясь как остаточный от использованных защитных заклинаний.