Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 46 – Ольга Барыкина

— Итак, — объявила она, и голос у неё прозвучал слишком ровно для ситуации, где уже половина людей морально попрощалась с нормальной жизнью, — сегодня у нас тестирование.

Тишина стала подозрительной и плотной, как будто сам зал перестал быть помещением и превратился в коллективное ожидание неприятностей. Несколько наложниц переглянулись так, будто прямо сейчас начался негласный совет по выживанию, а Люциус лишь чуть наклонил голову, явно заинтересованный, но при этом совершенно не удивлённый происходящим.

Лена сделала паузу ровно настолько длинную, чтобы слово успело окончательно закрепиться в сознании всех присутствующих, и добавила:

— Профессиональное.

В этот момент в зале стало окончательно ясно, что утро у всех присутствующих только что перешло в категорию «значительно хуже, чем ожидалось», хотя казалось, что хуже уже попросту некуда.

Лена достала самодельные анкеты, которые полночи составляла по памяти из статей про HR и психологические тесты, и разложила их перед наложницами с видом человека, который либо сейчас наведёт порядок, либо окончательно разочаруется в идее цивилизации.

На первом листе аккуратным, слишком оптимистичным почерком было написано:

«Что вам нравится делать?»

«Какие задачи вызывают удовольствие?»

«Ваши сильные стороны?»

«Ваши слабые стороны?»

«Что вы делаете, когда нервничаете?»

Последний вопрос оказался ошибкой, причём сразу стратегической.

Потому что ответы начались мгновенно, как будто у всех давно был готов отдельный справочник по личным катастрофам.

— Плачу, — сказала одна.

— Кричу, — добавила вторая.

— Покупаю ткани, — мечтательно произнесла третья.

— Угрожаю людям, — спокойно уточнила четвёртая.

— Ем сладкое, — призналась пятая.

— Ухожу в лес, — с достоинством сказала шестая.

— Проклинаю окружающих, — завершила седьмая.

Лена медленно подняла глаза, как человек, который только что понял, что у него не тестирование, а перепись стихийных бедствий.

— В каком смысле проклинаете? — очень осторожно уточнила она.

— В бытовом, — ответили ей почти хором.

— Что такое бытовое проклятие?! — искренне не выдержала Лена.

— Ну… чтобы у человека неделю чесалась спина, — объяснила одна из наложниц с полной серьёзностью, как будто речь шла о стандартной бытовой услуге.

Люциус заинтересованно подался вперёд, словно наконец услышал что-то действительно полезное для государственного управления.

— Очень практично, — заметил он одобрительно.

— Нет! — резко сказала Лена, даже не глядя в его сторону.

Тестирование после этого пошло заметно тяжелее, потому что стало окончательно ясно, что гарем вообще не предназначен для самоанализа и категорически отказывается сотрудничать с реальностью в письменной форме.

— Ваши сильные стороны? — читала Лена дальше, уже с осторожной обречённостью.

— Красота, — уверенно ответили несколько голосов.

— Это не профессия, — автоматически отозвалась она.

— Почему? — искренне возмутились в ответ.

— Потому что государству нужны ещё и мозги, — устало объяснила Лена.

Одна из девушек обиделась так глубоко и искренне, будто ей только что официально запретили существование.

Другая аккуратно вписала в графу «навыки»: «Умею красиво лежать возле фонтана».

Третья задумалась, а потом честно добавила: «Хорошо замечаю чужие недостатки».