Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 44 – Ольга Барыкина

Лена чуть улыбнулась и, уже мягче, добавила:

— Ты правда отправил Рейнара в лес из-за ревности?

— Там действительно были разбойники, — ответил он почти сразу.

— Но ты узнал о них только после того, как увидел нас вместе, — заметила она.

— Это детали, — невозмутимо сказал он.

Лена рассмеялась, но теперь этот смех был другим, спокойнее и теплее, без прежней остроты, и от этого звука Люциус вдруг понял, что готов слушать его бесконечно, даже если это будет означать полное разрушение его привычного мира.

И это открытие оказалось для него не просто странным, а почти катастрофическим, потому что дракон, который мог уничтожать города и подчинять себе страх целых государств, внезапно и окончательно понял, что проиграл не войне и не людям, а одной женщине, которая всего лишь хотела жить спокойно.

И назад дороги, судя по всему, уже действительно не было.

Лена неслась по дворцу с такой скоростью, будто за ней гналась налоговая, пожар и конец света одновременно.

Хотя, если честно, разница была невелика.

На кухне закончилась мука. В северном крыле прорвало трубы. Казначей прислал отчёт, от которого хотелось немедленно начать плакать .А помощник лекаря перепутал все травы, и был риск, что мигрень теперь будут лечить лекарством от запора.

Лена на ходу пыталась читать бумаги, одновременно объясняя слуге, куда отправить плотников.

— Нет, не в восточную башню! В восточной башне гарем! Там если что и рушится, то только мое терпение!

Она свернула в галерею и почти врезалась в трёх наложниц. Те сидели у окна, ели фрукты и выглядели так безмятежно, будто жили не во дворце, а внутри рекламы дорогой жизни.

— О, госпожа Лена! — радостно сказала одна. — А вы не знаете, какие ленты сейчас моднее — серебристые или жемчужные?

— Верёвка, — автоматически ответила Лена, не замедляя шага.

— Простите?

— Ничего.

Она уже собиралась идти дальше, когда вторая наложница остановила её новым вопросом:

— Госпожа Лена, у меня срочная проблема почти личного и частично государственного характера, — очень серьёзно сказала одна из наложниц, остановившись так резко, будто за ней гнался сам дворцовый протокол.

Лена подняла глаза от бумаг с выражением человека, который уже не верит в спокойные разговоры.

— Если это снова про цветы или ленты, я не выдержу.

— Это хуже, — торжественно сказала наложница.

Лена медленно отложила перо.

— У нас появился новый уровень «хуже»?

— Да, — кивнула та. — За мной следит павлин.

В коридоре повисла тишина, в которой даже сквозняк стал вести себя осторожнее.

— Чей павлин, — спокойно уточнила Лена, — и зачем он за вами следит?

— Соседки леди Мирей, — шёпотом сказала наложница и нервно поправила рукав. — И он следит за моими нарядами.

Лена моргнула.

— Повторите.

— Он оценивает мои наряды.

— Павлин?

— Да.

— Оценивает?

Наложница наклонилась ближе, как будто раскрывала заговор.

— Сегодня я надела голубую ленту. Он уже стоял в саду. Потом я поменяла её на серебряную. Он появился снова и долго смотрел. Как будто сверял варианты.

Лена медленно выдохнула.

— Возможно, он просто стоит в саду.

— Нет, — быстро возразила наложница. — Он запоминает

В этот момент за окном действительно мелькнуло яркое пятно.

Павлин стоял в саду.

И с таким видом, будто мысленно записывает: «новый наряд, попытка улучшения, требует дополнительного наблюдения».