Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 50 – Светлана Алексеева

Я затаила дыхание.

Сундук стоял посреди лачуги, совершенно неуместный в этом полуразвалившемся месте, как драгоценность, забытая в грязи.

— Настоящая магия, — вырвалось у меня шепотом, прежде чем я успела прикусить язык.

Валис посмотрел на меня с легкой улыбкой.

— Настоящая, дитя, — подтвердил он и положил ладонь на крышку.

Замок щелкнул, и когда крышка поднялась, я шагнула ближе, не в силах сдержать свое любопытство.

Внутри находились сотни маленьких склянок.

Они лежали аккуратными рядами, каждая в своей выемке. У всех было разное стекло: прозрачное, матовое, дымчатое, с золотыми прожилками. Жидкости внутри переливались всеми возможными цветами: от густо-черного до нежно-голубого, от ядовито-зеленого до алого, как свежая кровь. В некоторых склянках были серебристые, белые, синие порошки.

Я наклонилась, разглядывая их, и забыв на миг обо всем.

— Это зелья? — настороженно произнесла я.

— И не только, — ответил Валис. — Здесь и правда, и ложь. И яд, и лекарство. И то, что показывает прошлое и то, что может его исказить.

От его слов у меня по спине пробежали мурашки.

Я вдруг остро почувствовала присутствие лорда Ашериса рядом. Он стоял неподвижно, как стена. Его тень ложилась на пол рядом с моей, и от этого становилось спокойнее. Хотя оставаться спокойной в лачуге, полной магии и тайн, становилось все труднее.

Я смотрела на склянки и не могла оторваться.

Где-то среди них, я чувствовала, скрывалась правда. Та самая, ради которой меня чуть не лишили жизни. Та, что могла либо спасти меня окончательно, либо погубить.

Драг Тарион шагнул ближе, и его присутствие сразу стало еще ощутимее, словно за спиной пролетел холодный ветер.

— Аврора, — сказал он негромко, но я почему-то сразу же выпрямилась, — сейчас тебе нужно вспомнить запах той бочки. Не вид, не цвет, а именно запах.

Я сглотнула.

Запах я помнила слишком хорошо. Он въелся в память, как дурной сон: гнилостный, резкий, с металлической нотой, от которой щипало в носу и хотелось отшатнуться.

Валис тем временем опустился на одно колено рядом с сундуком и начал доставать склянки одну за другой. Он подавал мне их молча, с уважительной сосредоточенностью, будто я была не кухаркой, а важным звеном в древнем ритуале.

— Не бойся, дитя, — сказал он мягко. — Но не вдыхай глубоко, лишь коснись запаха.

Я взяла первую склянку.

Запах был сладковатый, даже приторный. От него сразу заболела голова. Я покачала головой и вернула баночку Валису. Вторая пахла травами, третья чем-то дымным, четвертая кислым, как прокисшее вино.

С каждой новой склянкой внутри росло напряжение и страх.

Что если я ошибусь? Что если укажу не на то, и тем самым подведу лорда? Что если из-за меня настоящий убийца уйдет от наказания?

От этих мыслей мои руки начали дрожать.

— Здесь слишком много запахов, — выдохнула я, опуская очередную склянку. — Я… я боюсь ошибиться.

И вдруг драг Тарион уверенно положил ладонь мне на плечо.

— Ты кухарка, Аврора, — сказал он спокойно. — Ты каждый день имеешь дело с тем, что другие никогда не различат. Испорченное мясо, прокисшее молоко, перебродившее вино. Ты живешь запахами.

Он наклонился чуть ближе, и я почувствовала огонь его дыхания у виска.

— У тебя развито обоняние сильнее, чем ты думаешь. Ты справишься. Я знаю.