Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 199 – Сандра Хартли

Ариадет.

Уверенность в том, что отыскать дракона будет несложно даже в горах, дрогнула в тот момент, когда передо мной показалась огромная пещера.

Тёмная, холодная и подозрительно тихая.

Я не знала, куда именно иду. Снова и снова смотрела на золотистую струну и шла за ней следом.

Широкий проход постепенно сужался. Свет больше не пробивался сквозь щели, пришлось зажечь артефакт.

Воздух становился вязким, тяжёлым, с запахом тины.

Громко чихнув, я прислушалась. Эхо растворялось где-то в глубине, а потом послышался тихий шорох и едва уловимый рык.

Он здесь. Прячется от меня. Словно боится.

Я погасила артефакт и пошла на ощупь, пока не услышала шумное дыхание.

Красный глаз смотрел прямо на меня. Я снова коснулась струны.

— Матиас, — шепотом позвала.

Ответом стал рык. Угрожающий, глухой.

Метка сияла так ярко, что я смогла разглядеть размеры дракона. В тесной пещере он казался ещё более громадным, чем в воздухе, и куда злее.

Ему не нравилась наша связь. Она ощущалась неправильно. Не так, как хотел он. Не так, как желал зверь.

Лишь уловив эти странные отголоски, картина наконец сложилась.

Я не драконица.

Зверь не признавал меня своей. Меня выбрал чародей.

Я вспомнила, как с самого начала тень Матиаса пугала меня клыками. Видимо, даже будучи лишь слабой тенью, он не испытывал восторга от связи со слабой чародейкой. И уж тем более теперь, когда зверь стал главным и подчинил разум инстинктам. Теперь он может выбирать.

Внезапно стало горько и обидно. Он спас меня, а потом ушёл, надеясь, что неправильная связь исчезнет. Поэтому и поселился на границе с Юславией — подальше от чародеев.

Всматриваясь в красные глаза зверя, я снова потянулась к струне.

— Я оборву связь, если ты сам меня попросишь, — сказала, удерживая нить и видя, как ящер извивается от жжения метки. — Ну же, Матиас. Просто скажи это и можешь идти искать свою правильную пару. Ты ведь поэтому ушёл сразу, как я очнулась? Даже не попытался вернуться. Зверь учует пару быстрее чародея. Что ж… видимо, это и есть твоя судьба. Но ты скажешь мне об этом сам. Не прорычишь – скажешь.

Я пыталась его разозлить.

Ящер рычал, мотал огромным хвостом, явно сдерживая желание проучить наглую чародейку, а потом пополз дальше, вглубь пещеры.

Но я снова пошла за ним.

Иногда ослабляла хватку на струне, позволяя ему передохнуть, а потом вновь жгла её, напоминая, что он связан со слабым, недостойным существом.

Кажется, именно такими нас и считали драконы.

Я не знала, сколько мы бродили по пещерам. Дракон уходил вперёд, будто пытаясь утомить меня этой странной прогулкой, но я упрямо следовала за ним.

И вот новая пещера. На этот раз огромная.

В потолке зияло круглое отверстие, сквозь которое пробивались солнечные лучи. Тонкая струйка воды падала вниз, образуя водопад, под которым сияло голубое озеро.

Наверное, это было бы красиво, если бы не картина злого и грязного ящера на берегу.

Матиас так старательно поднимал пыль, пытаясь от меня избавиться, что больше напоминал болотного монстра, чем дракона.

— Пахнешь ты ещё хуже, чем выглядишь, — устало сказала я, прислонившись к стене.

Судя по его мрачному, обреченному виду, дальше бежать было некуда. Это и было то самое логово, где он провёл целый месяц. И теперь оно больше не было тайным.