Книга Не будите во мне... некромантку, страница 70 – Ника Калиновская

— Я… — голос сорвался, дыхание стало сбивчивым. — Я не знаю, как…

— Тогда я покажу, — сказал мой спутник и, не дожидаясь ответа, встал за моей спиной.

Его руки лёгли на мои плечи, горячие и тяжёлые, но такие надёжные. Я вздрогнула, но не отстранилась. Мужчина наклонился ближе, и его шёпот зазвучал прямо у моего уха:

— Сделай медленный вдох. Слушай землю. Чувствуешь, как она дышит под тобой? Она примет твою силу.

Я закрыла глаза, пытаясь повторить. Искры поначалу взвились ещё выше, но потом, словно отозвавшись на его голос, начали редеть, опадая на полу мягкими зелёными каплями.

— Вот так, — шептал Фонтийский, направляя моё дыхание. — Ты не пленница этой силы. Она твоя. Её можно усмирить.

Я ощутила, как магия стихает, словно сама природа закрывает свои ладони вокруг моего сердца. Последний разряд скользнул по пальцам и угас. Я шумно выдохнула и, едва стоя на ногах, опустилась на колени прямо на пол, ощущая, как меня бьёт дрожь.

Ригард не отошёл. Он остался стоять рядом, нависая надо мной, и его тень закрыла от меня свет из окна.

— Ты только что чуть нас не убила, — произнёс он негромко, но голосом, от которого мороз пробежал по коже. — Кто ты такая, Мирослава? И где настоящая хозяйка этого тела?

Ригард Фонтийский

— Я не знаю, — девушка беспомощно пожала плечами, но взгляд всё же скользнул ко мне, будто проверяя мою реакцию. — Я просто поднималась по лестнице, и вдруг… всё вокруг изменилось. Да и я сама стала другой, — слова у неё сбивались, а в голосе звучала растерянность, и всё же мне удалось уловить главное: я не ошибся. Эта некромантка действительно не та, кем все её считали.

— Можно подробнее? — не стал повышать голос и давить, наоборот, сделал его мягче, чтобы у моей собеседницы появился шанс раскрыться.

— Не против, если я сначала попью? — тихо попросила она, и я заметил, как девушку знобило после выброса магии. Лицо побледнело, а губы подрагивали. По-хорошему, следовало бы проверить окрестности — мало ли, куда потянула неуправляемая сила, здесь, конечно, никого не хоронили… но лучше убедиться.

— Конечно, — кивнул и поднялся.

Провёл гостью уверенно на кухню, где налил полный стакан холодной воды и поставил перед ней, указав на стул. Девушка послушно опустилась, схватив пальцами кружку, будто она держала в руках последнюю опору. Несколько быстрых глотков — и дыхание выровнялось, а щеки чуть налились краской.

При этом руки Мираны (или как там её звали на самом деле) заметно дрожали, но взгляд постепенно прояснялся и становился осмысленным.

— И всё же, — напомнил я, когда тишина начала давить, словно натянутая струна. — Лестница, говоришь? Расскажи с этого места поподробнее.

Моя собеседница поставила стакан на стол, но ладонями продолжала обхватывать его, словно пыталась выпросить у стекла тепло. На губах мелькнула тень улыбки — натянутая и почти болезненная.

— Я сама ничего не понимаю, — наконец призналась. Голос дрогнул, но не сорвался. — Я была на работе. Нужно было отнести некоторые бумаги наверх, но лифт не работал, и я пошла по лестнице.

— Лифт? — переспросил, нахмурившись. Слово прозвучало непривычно и чужеродно.

— Это… такое механическое приспособление, чтобы подниматься на высоту быстро и без усилий. На нём можно и спускаться, — объяснила она, чуть оживившись.