Книга Не будите во мне... некромантку, страница 62 – Ника Калиновская

А ещё весь город сиял огнями. Факелы и фонари, такие настоящие, аккуратно выстроенные вдоль улиц, а кое-где — и вовсе магические сферы, мягко подсвечивавшие вывески лавок и трактиров. Всё это казалось невероятно красивым и… непривычным. Настолько, что я едва не застыла на месте, разглядывая мелькающих повсюду людей — нарядных, в красивых плащах и платьях, в сверкающих сапогах, словно они все только что вернулись с королевского бала, а не шагали по обычной улице.

Я привыкла к большим мегаполисам своего мира — к шуму машин, к ровному гулу трасс, к неоновой рекламе и ритму города, где каждая минута расписана. Там шум казался привычным фоном, а здесь… всё не так. Здесь по асфальту не мчались автомобили и не мерцали светофоры — по брусчатке неспешно цокали копытами лошади, а колокольчики на их сбруе подзванивали в такт торговым крикам.

И всё это смешалось. Словно огромная деревня притворилась столицей: шумная, многолюдная, но по сути дикая и чужая для меня. Мне было странно — с одной стороны, я не чувствовала себя испуганной в городе: всё-таки суета и толпы людей были привычны. Но с другой стороны, здесь я ощущала себя как в театре абсурда, где все говорят на знакомом языке, но роли и правила — чужие.

Я невольно шагнула ближе к Ригарду, будто он мог стать хоть каким-то ориентиром в этой хаотичной картине. Мужчина двигался уверенно, будто точно знал куда идти, и не обращал внимания ни на взгляды прохожих, ни на шум вокруг. А я ловила себя на мысли, что именно в таком месте меня раскусят быстрее всего. В деревне можно отшутиться, спрятаться за непонятной магией. А здесь… здесь каждый взгляд казался пронизывающим, каждый жест — подозрительным.

И пока я растеряно пыталась скрыться от чужих глаз, инквизитор достаточно быстро нашёл экипаж. Мой спутник уверенно шагнул к кучеру, бросив тому короткое слово, и через минуту мы уже устроились внутри просторной кареты. Дверь захлопнулась, колёса скрипнули, и наш транспорт тронулся по мостовой.

Сначала за окнами мелькали обычные дома — одноэтажные, с облупившейся краской, с лавками, где продавали простую еду и дешевый товар. Но чем дальше мы ехали, тем заметнее всё менялось. Дома становились выше, богаче, окна украшали витражи, а вывески таверн и магазинов переливались красками. Улицы вычищены, мостовая ровная, и даже сами прохожие выглядели наряднее — больше бархатных камзолов, больше кружев и украшений.

Я краем глаза заметила, что Ригард следит за мной. Он будто специально ждал, когда я не выдержу и начну вертеть головой, разглядывая всё вокруг, словно восторжённый ребёнок на ярмарке. Но я упрямо натянула на лицо маску скуки и усталости, мол, ничего особенного тут нет, я такое каждый день вижу. Вот только сердце колотилось от захлестнувшего меня восторга, и я чувствовала, что долго так выдержать не смогу.

А потом я увидела это.

Возле цветочной лавки прямо из мостовой вырос гигантский бутон. Он раскрылся у нас на глазах, превращаясь в сияющий цветок — лепестки словно были сделаны из перламутра, каждая жилка светилась мягким голубым светом. Цвет переливался, менялся от солнечного золотого до глубокого фиолетового, и всё это выглядело так живо, что я даже забыла как дышать. А когда цветок полностью раскрылся, на его лепестках заискрились капли росы — такие настоящие, что я машинально потянулась рукой, чтобы дотронуться.