Книга Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии, страница 49 – Ника Калиновская

— Тоже вариант.

— Ладно, хватит философии, — спохватилась я, будто вдруг вспомнив, что утро-то всё-таки не бесконечное, а провидица дама явно не из терпеливых. — Я вообще-то тороплюсь.

С этими словами я ловко впорхнула обратно в карету — с достоинством, как подобает принцессе, но с небольшой спешкой, как подобает той, кто не хочет злить женщину, способную навещать пророчеств на ближайшие сто лет вперёд. Уже устроившись на сиденье, я выглянула из окна, глядя на своего… привязанного. В прямом и, увы, магическом смысле.

— Ты идёшь? Или тебе больше нравится бежать за экипажем? — прищурилась. — Не подумай, что я что-то имею против поддержки атлетической фигуры… — усмехнулась, наблюдая, как мой собеседник нехотя, но с грацией большого и выдрессированного зверя, подтягивается к дверце.

— Да и я, как видишь, исключительно за здоровый образ жизни, — хмыкнул он, забираясь внутрь. Дверца за ним захлопнулась с мягким щелчком, а я легонько постучала по крыше экипажа — сигнал кучеру, что можно продолжать путь.

Карета тронулась, плавно качнувшись, и мы снова поехали сквозь прохладное утро. Я устроилась поудобнее и уже почти собиралась закрыть глаза — хотя бы на минуту — как вдруг мой взгляд зацепился за кандалы на запястьях моего сопровождающего.

Металлические, тускло поблёскивающие в светлом полумраке кареты. Необходимые. Но… неестественные. Что-то в них было неправильное. Или, скорее, неправильным казалось само их присутствие здесь, сейчас, на нём.

— Если я их сниму… — начала негромко, кивнув коловой в сторону пут, — …обещаешь не навредить?

Дракон ответил не сразу. И я, внезапно осознав, что задала этот вопрос вслух, чуть нахмурилась.

Боялась ли я его? Возможно. Всё-таки, пусть магии в чешуйчатом сейчас и нет — её мы запечатали — но физическая сила осталась при нём вполне реальной. И отнюдь не декоративной. Ни один блокиратор не перекроет инстинкт хищника — если он решит, что пора действовать.

Так что да — я немного побаивалась своего спутника. Иногда — особенно когда он смотрел так, будто слышит больше, чем должен. Иногда — когда улыбался, слишком точно угадывая мои мысли. Но… с другой стороны, если бы этот мужчина хотел мне навредить — разве кандалы его остановили бы?

Дракон медленно повернул ко мне голову. В его глазах не было ни насмешки, ни вызова. Только едва уловимая тень удивления — и что-то ещё. Почти сожаления?

— Если ты их снимешь, — произнёс он негромко, — я просто смогу шевелить руками. Всё остальное... как было, так и останется. Я уже привязан. И, знаешь, не только магически.

Я не знала, как это понимать. Но по коже прошёл холодок — не от страха, а от чего-то гораздо более опасного. От понимания, что связь — даже та, которую не видишь, — может быть куда крепче любого железа.

Я чуть поколебалась, прежде чем дотронуться до замка на кандалах. Металл был холодным, как напоминание о том, что свобода — штука условная, особенно если ты — дракон, а вокруг — люди с неуемным стремлением всё контролировать. Щелчок оказался почти беззвучным, но для меня он прозвучал как выдох.

Путы с лёгким звоном соскользнули с его запястий и упали парню на колени.

— Свободен, — пробормотала я, будто отпуская не только его, но и собственное напряжение.

Дракон не пошевелился. Только провёл пальцами по коже, где ещё виднелись красноватые отметины — неглубокие, но достаточно заметные, чтобы вызвать лёгкое, нелепое чувство вины. Словно это я держала ключ всё это время. Ну, хотя... технически, так и было.