Книга Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии, страница 129 – Ника Калиновская

Я вдохнул глубже и заставил себя выдержать этот взгляд.

— Послушай, — начал и сам услышал, как в моём голосе проскользнула хрипотца усталости. — Я не стану оправдывать прошлое. Ты прав: мы воровали ваших детей, пленяли тех, кто попадался нам в руки. Для кого-то это было забавой, для кого-то — способом укрепить свою власть. Я сам… — я сжал губы, осознавая всю тяжесть этих слов, — я сам купил драконьего раба, сделав его подарком для своей наследницы.

Губы Драгонийского скривились, но он промолчал.

— Однако у меня есть дочь, — продолжил я тише, но твёрже. — Она связана с Кристофом узлом, который мы сами не понимаем до конца. Я видел эту связь и вижу, как она меняет их обоих. Никто не ожидал, что всё сложится так, но факт остаётся фактом: они зависят друг от друга. И я обещаю — мы найдем способ разорвать эту нить. Не для того, чтобы вернуть всё на круги своя, нет. А для того, чтобы они могли выбирать сами.

Я замолчал, чувствуя, как сердце бьётся слишком часто.

Внутри поднимались противоречия. С одной стороны, я — король Аргарии, привыкший считать драконов трофеями и залогом силы. Я вырос в мире, где так было всегда, и никогда не хватало духу сломать этот порочный круг. Но теперь… теперь, глядя на дочь и её "фамильяра", я впервые понял, насколько всё это глупо. Насколько жестоко и мелочно.

— Ты скажешь, что я пытаюсь прикрыться красивыми словами, — заговорил вновь, опуская ладони, словно сдаваясь. — Возможно, так и есть. Но если хочешь знать правду… Мне не хватало смелости всё время моего правления что-то изменить. Я закрывал глаза, повторял: "Так было всегда", — и этим оправдывал своё бездействие. И вот результат: моё королевство стоит на грани войны.

Я сделал паузу и ощутил, как внутри всё сжимается.

— Поэтому я подам указ. В Аргарии будет запрещён отлов и содержание драконов. Раз и навсегда. Пусть это станет первым шагом к миру между нашими народами.

Слова повисли в воздухе тяжело, словно клятва, которую я впервые произнёс вслух. И в ту же секунду понял: пути назад нет. Я видел, как Калеб смотрит на меня. Недоверие и гнев в его глазах пока ещё не рассеялись, но в глубине мелькнуло нечто другое — то ли интерес, то ли осторожная надежда. Да я и сам впервые за долгие годы почувствовал, что, возможно, сделал шаг не как король, а как человек.

Драгонийский долго молчал. Тишина между нами казалась плотной, как сама стена, разделяющая Аргарию и Солнечную Долину. Он стоял прямо, не двигаясь, и всё же мне почудилось, что внутри него бушует буря.

— Запретишь отлов? — наконец произнёс правитель Ролании медленно, будто пробуя вкус мои слова. — Говоришь это так легко, будто одно твоё перо, выведенное на указе, способно стереть десятилетия унижения.

Он сделал шаг ближе, и в драконьих глазах вспыхнул огонь.

— Ты даже не представляешь, сколько наших так и не вернулись домой. Сколько драконов умерло в ваших клетках. Сколько сердец вы вырвали у Империи ради ваших игр и забав. А теперь ты хочешь, чтобы я поверил: один Аргарийский король решил вдруг “пора с этим завязывать”?

Я выдержал взгляд своего визави, не опуская глаз.

Он резко выдохнул, и в его голосе впервые проскользнула усталость:

— Ты не первый человек, что обещает перемены. Но обычно всё заканчивается одним и тем же — ещё большими потерями для нас.