Книга Интересы короны, страница 166 – Юлия Арниева

Я пригубила из бокала, и отыскала глазами Дика. Он уже спешился и стоял у кромки леса, удерживая своего коня за повод. Заметив мое внимание, Дик коротко, почти незаметно кивнул и я едва слышно, с облегчением выдохнула.

Приказ, который я отдала ему перед самым выездом, был рискованным, но необходимым. Оставлять у себя в комнате пистолет, подаренный Фордом, после всего случившегося было верхом безрассудства. С другой стороны, выбросить столь дорогое оружие казалось непозволительной расточительностью. Дик получил четкое распоряжение: по дороге к вязам, воспользовавшись туманом, незаметно свернуть в чащу и надежно спрятать пистолет в лесу и судя по всему…

— Леди Сандерс, простите мою навязчивость… — Мои мысли прервал тихий, робкий голос мисс Прескотт. Молодая девушка подсела ближе, с нескрываемым восторгом разглядывая мой наряд. — Ваше платье… Это ведь совершенно непривычный крой! Это выглядит так прилично и вместе с тем… так удобно.

Я повернулась к ней, готовая разразиться скучной лекцией о преимуществах плотного сукна и работы мадам Лефевр, но заговорить мы не успели, на пригорке из тумана вынырнул первый всадник.

Дауман приехал раньше остальных. Он спрыгнул со своего гнедого, бросил поводья подбежавшему мальчишке-груму и, широко шагая, направился к пледам. Миссис Элсворт тут же протянула ему бокал горячего вина. Дауман принял его, шумно выдохнув, и расправил плечи — по его самодовольной позе было очевидно, что он считает себя победителем.

— Ну как ваши успехи, мистер Дауман? — поинтересовалась леди Джерси, приподняв бровь.

— Два фазана, леди Джерси. Для такого молока, я считаю, вполне прилично, — отозвался он и сразу посмотрел на меня, с вызывающим, собственническим видом, словно требовал, чтобы я лично оценила его меткость.

Однако триумф его продлился недолго. Минут через двадцать из сырой мглы плавно вынырнул вороной Гренвиля. Лорд сошел на землю без лишней спешки, привычным движением перебросил штуцер егерю и двинулся к нашему кругу.

— Четыре, — негромко бросил идущий позади слуга, забирая у конюха поводья. Этот короткий сухой рапорт прозвучал над притихшей поляной на редкость отчётливо.

Дауман, уже поднесший бокал к губам, застыл. С секунду он неподвижно смотрел на слугу, затем медленно опустил руку, и я заметила, как на его потемневшем лице резко дернулись и тут же разгладились желваки. Быть так легко и буднично обойденным на глазах у всех — это был сокрушительный удар по его самолюбию.

Гренвиль подошел ближе, на ходу стаскивая кожаную перчатку. Он не смотрел на Даумана — его взгляд был устремлен прямо на меня, и в изгибе губ угадывалась торжествующая усмешка, с какой сообщники празднуют чисто сыгранную партию.

— Удачная охота, лорд Гренвиль, — процедил Дауман. Голос его оставался ровным, но костяшки пальцев, сжимавших стекло, побелели.

— Туман помог, — отозвался Гренвиль с почти издевательским дружелюбием. — Птица шла низко, грех было промахнуться.

Несколько секунд между ними висело густое, заряженное молчание, когда мужчины мысленно уже измерили расстояние для дуэльных пистолетов, но светские рамки заставляют их улыбаться.

Эстер вернулась последней. Она выехала из тумана галопом, с высоко поднятой головой, а у луки её седла покачивался фазан. Соскочив на землю, не дожидаясь лакеев, она решительно шагнула к пледам.