Книга Интересы короны, страница 137 – Юлия Арниева

— Мисс Дэй.

Она подняла голову, отложив перо. Я же протянула ей исчерканный листок.

— Перепишите это начисто. Цифры и порядок строк сохраните в точности, но уберите мои пометки. Там, где стоят вопросительные знаки, оставьте пустое место, я заполню его позже. Нужно, чтобы это выглядело как деловой документ, а не как наброски портного.

Она взяла лист и пробежала по нему взглядом сначала быстро, ухватывая суть, а затем медленнее, будто выстраивая структуру будущего текста в уме.

— Будет исполнено, миледи.

— Я вернусь поздно вечером, — сказала я, поднимаясь и поправляя складки платья. — Когда закончишь, скажи Норту, чтобы отвез вас в Сауторк.

— Хорошо, — отозвалась секретарь и вернулась к работе, я же поспешила к выходу.

Дик уже ждал у крыльца. Дождь к этому часу немного утих, сменившись мелкой лондонской моросью, которая не промочит насквозь сразу, но за полчаса пропитывает одежду липкой, неистребимой сыростью. Он молча придержал дверцу, и я забралась в спасительный полумрак кареты.

— В Саутуорк, Дик.

Карета тронулась и медленно покатилась, чавкая грязью. Откинувшись на подушки, я принялась перебирать в уме то, что потребуется для устройства новых сушилен и установки котлов.

Как ни странно, Хейс оказался весьма дельным партнером. В отличие от герцога Кларенса, чьё имя в нашем предприятии служило лишь вывеской и весомым аргументом для чиновников, Хейс вникал в каждую мелочь. Он вёл счета скрупулёзно, не пытался лукавить и часто вносил предложения, за которыми чувствовался опыт практического человека. Две недели назад он известил меня, что выкупил здание старой пивоварни по соседству с Таббсом. Хейс намеревался расширить производство сухого бульона, но у меня созрел план поинтереснее. И теперь, когда бумаги о совместном производстве были наконец скреплены подписями, пришло время обсудить устройство дел на месте.

Хейс ждал меня у ворот. Вопреки погоде он был без шляпы, в простом рабочем сюртуке с закатанными рукавами — человек, который явно проводит дни среди чанов и мешков не ради праздного любопытства. Рядом с ним переминался управляющий с вечно озабоченным видом и следами мела на обшлагах.

— Леди Сандерс, — Хейс склонил голову в кратком приветствии.

Он отступил, освобождая проход во двор, и мы прошли внутрь. Здание оказалось просторнее, чем я ожидала: длинное, с высоким сводчатым потолком и окнами под самой крышей. По каменному полу гуляли сквозняки, гоняя пыль. Пахло сырой известью и духом пустого строения, который воцаряется, когда старые чаны уже вывезли, а новые котлы ещё не заняли свои места.

— Полагаю, здесь и будет устроено основное производство, — произнесла я, оглядывая пространство.

Хейс молчал, наблюдая. Это качество я в нём уже успела оценить. Он умел слушать, не пытаясь вставить слово, пока собеседник не закончит мысль. Управляющий, стоявший чуть поодаль, торопливо раскрыл папку с листами чертежей.

— Здесь будем замешивать тесто, — тем временем продолжила я, — плотное, упругое, более крутое, чем на хлеб. Здесь поставим столы и будем раскатывать в тонкие листы, в треть дюйма толщиной, и резать полосами примерно четверть дюйма шириной, не шире. Это важно: слишком толстые полосы не просохнут равномерно, слишком тонкие будут крошиться.

Хейс чуть наклонил голову.