Книга Интересы короны, страница 108 – Юлия Арниева

— Что ж, миледи, я, пожалуй, поеду вперёд, — промолвил он, поправляя жилет.

Он заговорщицки подмигнул Мэри и удалился к каретному сараю, где его терпеливо дожидалась видавшая виды двуколка. Я купила её в прошлом месяце, окончательно осознав, что одним экипажем нам не обойтись.

— Мисс Дэй, кажется, явилась минута в минуту, — заметила Мэри, отодвигая тарелку с недоеденным омлетом.

— Раньше на четверть часа, — отозвалась я, глядя в окно на серый лондонский туман. — Судя по лицу миссис Грант, её утренний распорядок был нарушен самым бесцеремонным образом. Хотя держалась наша экономка подчёркнуто учтиво, а это верный признак того, что гостья не дала ей ни единого повода для замечания.

Мэри тихо хмыкнула и принялась доедать тост с крыжовенным вареньем. Я допила кофе одним большим глотком, поднялась и пошла в малую гостиную, по дороге успев мысленно выстроить порядок дня: знакомство, осмотр дома, Саутуорк, Финч, обратно домой. Если Фортуна будет благосклонна и мы уложимся до пяти, то у меня останется час на письма из Кента от Эдварда и матушки, отложенные со вчерашнего дня.

Мисс Дей я застала у окна. Она была всё в том же тёмно-зелёном платье с высоким воротничком. Волосы были собраны на затылке в простой, почти строгий узел, а в руке она сжимала небольшой саквояж. Услышав мои шаги, она обернулась и опустилась в безупречном книксене.

— Миледи.

— Доброе утро, мисс Дэй. Прошу вас, присаживайтесь. Вы успели позавтракать?

— Благодарю вас, миледи, я распорядилась своим завтраком ещё у миссис Хатчинс.

— В таком случае хотя бы согрейтесь чаем. Утро сегодня выдалось на редкость промозглым.

Едва я договорила, Джейн внесла поднос с чайником и водрузила его на столик у дивана с боязливой нежностью, с какой обычно обращаются с фарфором, готовым треснуть от любого неосторожного движения. Мисс Дэй опустилась на самый край дивана: ровная спина, плотно сведённые колени, руки, покойно сложенные поверх платья. Глядя на неё, я вновь поймала себя на том, что так держат себя лишь те, кого с раннего детства выправляли строгие гувернантки, неустанно вбивая в голову, что сутулость — порок столь же непростительный, сколь и нечистые ногти.

— Сегодня у нас плотный день, мисс Дэй. Сначала я вас познакомлю с домом и теми, кого вы будете видеть чаще остальных, потом отправимся в Саутуорк. Там у меня три производства. Старая пивоварня, в которой сейчас сушат корнеплоды для Адмиралтейства: морковь, лук, капусту, иногда картофель. Бывшая солодовня, где мы сушим говядину. И производство сухого бульона мистера Хейса, с которым у нас совместное дело: я поставляю ему кости, жилы и жир, он варит, упаривает и размельчает.

— Сухой бульон, миледи? — переспросила мисс Дэй, и её брови на мгновение сошлись у переносицы.

— Увидите всё сами на производстве, — ответила я, слегка улыбнувшись её недоумению. — Всё вместе, а это высушенный до твёрдости бульон, сушёные овощи и мясо складываются в небольшие мешочки из промасленной ткани. Ссыпав такой набор в кипяток, через десять минут получишь сытную горячую похлёбку. Сухой паёк мы поставляем в Адмиралтейство для флота.

Мисс Дэй безмолвствовала, но в её зелёно-серых глазах что-то дрогнуло — не вежливое восхищение, которым одаривают хозяйку в первый день службы, а живое удивление человека, обнаружившего, что мир устроен куда занятнее, чем он предполагал.