Книга Под защитой ректора, страница 22 – Мира Аллен

Мирелла сидела за одним из столов, откинувшись назад с той непринуждённой уверенностью, которая редко бывает случайной. Её поза казалась расслабленной, почти небрежной, но внимательный взгляд, направленный прямо на Айю, выдавал куда больше — живой интерес, который уже не прятали и не маскировали. Она не просто смотрела. Она ждала.

Айя повернулась к ней и подошла — не приглашённая, но и не остановленная.

— Мы уже начали думать, что тебя не выпустят, — продолжила Мирелла, чуть склонив голову, словно рассматривала её под новым углом.

Айя остановилась напротив, позволив себе лёгкую, едва заметную улыбку, в которой не было ни напряжения, ни попытки понравиться.

— Меня сложно не выпустить.

Ответ прозвучал спокойно, даже слишком, и именно этим вызвал тихий смешок за соседним столом. Мирелла усмехнулась.

— Или слишком опасно.

— Обычно это одно и то же, — сказала Айя.

Пауза вышла короткой, но в ней что-то закрепилось. Не просто обмен репликами — позиция. Мирелла выпрямилась чуть сильнее, уже не притворяясь равнодушной, и её взгляд стал внимательнее, точнее.

— Он тебя оставил, — произнесла она без вопроса и сомнения, как факт, который уже не нужно подтверждать.

Айя пожала плечом легко, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся.

— Очевидно.

Небрежность прозвучала убедительнее любого объяснения. Мирелла прищурилась — не от недоверия, а от интереса.

— Почему?

Это уже был настоящий вопрос. Не поверхностный, не праздный, а заданный из расчёта. Айя не ответила сразу; она позволила паузе развернуться, стать заметной, ощутимой, словно решение говорить или молчать действительно имело значение. Хотя значение имело только одно: как именно прозвучит ответ.

Она чуть склонила голову и улыбнулась медленно.

— Потому что я сказала правду.

Слова легли ровно, спокойно, без попытки убедить, и именно поэтому прозвучали как ложь, в которую хочется поверить. Мирелла смотрела на неё дольше, чем требовалось, а затем улыбнулась шире, уже не скрывая удовольствия.

— Тогда тебе повезло.

Айя чуть наклонилась вперёд — настолько, чтобы это движение можно было счесть случайным, но недостаточно, чтобы его можно было игнорировать.

— Я не рассчитываю на везение.

И в этом ответе было больше правды, чем во всём остальном. Даже если сама фраза снова была частью легенды. Потому что Айя действительно не рассчитывала. Она действовала.

В пространстве за её плечом что-то изменилось. Не резко, почти незаметно, но достаточно, чтобы несколько взглядов в зале сместились не на Айю, а чуть в сторону, словно там появилось нечто, к чему привыкли относиться серьёзнее. Айя уловила это не глазами — ощущением, тем самым внутренним предупреждением, которое приходит раньше, чем успеваешь обернуться.

Она не повернулась мгновенно. Позволила паузе прожить себя и только затем медленно перевела взгляд.

Девушка стояла в нескольких шагах от стола. Высокая, с идеально прямой осанкой, будто сама мысль о небрежности была ей чужда. Светлые волосы собраны аккуратно, без единой выбившейся пряди, подчёркивая холодную чёткость черт. В её внешности не было ничего кричащего, ничего излишне яркого, но именно эта сдержанная точность делала её заметнее остальных. Не красота, к которой тянутся. Порядок, перед которым выстраиваются.