Книга Дар Василисы, страница 53 – Марина Демьянова

Да некого там встречати.

Только небушко прекрасное,

Только горюшко ненастное.

Окружили Василису незримые слушатели. Сначала робко, издали поглядывали, затем всё ближе подбирались. Вскоре вовсе рядом на ковёр уселись да проявляться стали. В воздухе замка, до того колючем и нервном, разлился покой. Свечи в коридорах перестали метаться, пыль послушно осела в щели, а тяжелые шторы замерли, внимая каждому звуку. И никто угощение не трогал, лишь песню грустную слушали да голосом девичьим наслаждались. Проникала та песня в самую душу, успокаивала боль их от ухода духа бережного. Не хотелось боле бежать да делать что-то, стараясь хоть так приглушить растерянность от потери руки женской да ласковой. Боялись они девицу эту, хоть ничего плохого никому она не делала, да всё же чужая, пришлая. Но голос чистый да песня сердечная показали, что не враг перед ними. Сама пришла, с дарами да теплотой душевной. Такую хочется слушать, такую хочется радовать да оберегать. Такую они рады бы принять не просто как гостью, а как хозяйку долгожданную.

Уже прозвучали последние слова грустной песни, но никто не смел пошевелиться. Маленькая нечисть сидела, как завороженная, и только, кажется, самая юная домовушка несмело подала голос:

— А можно ещё одну?

— Можно, — тепло улыбнулась Василиса. — Но только сначала мы кое о чём договоримся. — Она внимательно повела взором по каждому присутствующему. — Я хочу попросить вас больше так не безобразничать, как сегодня. Понимаю, вам тяжело после ухода Аглаи, но остальные жители замка тоже грустят без неё. Однако вместо того, чтобы добрым словом вспоминать духа, им приходится разбираться со всеми неурядицами, что происходят вокруг.

Маленькая домовушка всхлипнула, подняла на княжну огромные карие глаза и зашептала, боясь нагоняя от более старших и мудрых домовых:

— Так страшно стало. Она ушла, даже не попрощавшись, будто её и не было вовсе. А мы теперь совсем одни. Кто же нас проверять будет? Кто подсказывать, указывать и руководить станет? Стряпухе не по чину, её вотчина — это поварня. Хозяину тоже не до нас — у него и так забот много. Мы теперь никому и не нужны.

— Аглая — дух древний, её истинное место не здесь, а у озера своего. Пришлось ей уйти в края родные. Не забыла она о вас, но вернуться не смогла, судьба ведь в другом месте. Вы же здесь нужны всем и каждому. Без вас не будет уюта, не будет порядка. Если хотите, пока я здесь, то буду помогать и направлять. Только разве вам это нужно? Вы же сами знаете, как правильно, что должно делать и когда. Вы же сердце замка.

И не было лжи и обмана в словах Василисы. Говорила она от чистого сердца, то, что действительно думала. Чувствовали это домовые, и хоть страх от потери путеводной нити, коей для них Аглая являлась, ещё не прошёл, но стало легче на душе. Появилась вера в себя и силы свои.

— Спасибо, княжна, Василиса, дочь Яромира, — подал голос домовой, что стоял чуть поодаль ото всех, на вид совсем уж древний старичок. — Спасибо за слова твои добрые и важные. Распоясались мы сегодня, позволили эмоциям разум затопить да о своём предназначении забыли. И прав будет Кощей, ежели решит избавиться от нас, — Василиса хотела было заверить, что не будет такого, но домовой не дал ей слово сказать, воспользовавшись правом старшего, продолжил: — Верно ты сказала, что мы сердце замка, а когда с сердцем непорядок, то все вокруг страдают. Клянёмся, что больше такого не повторится. Всё исправим, что сегодня наворотить успели да у жителей прощения попросим. Примем мы и предложение твоё — стать для нас хозяйкой новой, навсегда аль нет — время покажет. Но твою доброту мы не забудем.