Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 24 – Диана Фурсова

Марина обернулась на Дом первого огня. На ещё сырые стены, на не до конца вымытый пол, на одну тёплую комнату, где спал младенец с чёрной меткой. На Нэру, Тилу и Грету. На Кайрана, который молчал и впервые не приказывал.

Потом снова посмотрела на женщину.

— Можно, — сказала она. — Заходите. Здесь не спрашивают разрешения у чужих страхов. Здесь сначала дают согреться.

Женщина переступила порог так, будто входила не в дом, а в последнюю возможность остаться человеком.

Она не сразу решилась пройти дальше. Остановилась у самой двери, сжимая в одной руке узел, а другой продолжая держаться за живот, словно боялась, что у неё отнимут и его тоже. Снег таял на краю её платка, капли стекали по бледным щекам и терялись в складках грубой ткани. На вид она была совсем молодой, но страх уже успел состарить её взгляд.

Марина видела такие глаза.

Не здесь. Не в каменном драконьем княжестве, где судьбы решали Советы, а по стенам горели странные чаши с ровным золотым огнём. В своём прежнем мире она тоже видела женщин, которых привозили слишком поздно, слишком испуганными, слишком уверенными, что они всем мешают. Женщин, которые извинялись за то, что им страшно. За то, что им нужна помощь. За то, что они не выдержали чужих ожиданий.

И от этого узнавания внутри поднялась такая тихая ярость, что Марина даже говорить стала мягче.

— Как вас зовут? — спросила она.

Женщина моргнула, будто вопрос застал её врасплох. Видимо, за последние часы её называли как угодно: дурной приметой, бедой, позором, тяжестью на чужом пороге. Просто по имени — нет.

— Ярина, миледи.

— Ярина, заходите. Нэра, закройте дверь. Тила, принесите сухую ткань и что-нибудь тёплое на плечи. Грета, посмотрите, свободна ли боковая комната рядом с очагом.

— Там наследник, — тихо напомнила Тила.

Марина на мгновение прикрыла глаза. Конечно. Один тёплый угол. Один младенец, которого боялся Совет. Одна беременная женщина, которую выгнала семья. Один дом, открытый меньше суток назад, с полами, которые ещё помнили пыль многих лет.

Вот она, реальность любого красивого решения: ты объявляешь дом местом надежды, а потом выясняется, что надежда не приходит по очереди и не спрашивает, готовы ли у тебя простыни, люди, силы и право.

— Тогда дальнюю комнату, — сказала Марина. — Ту, где меньше сквозит.

Нэра нахмурилась.

— Там окно плохо закрывается.

— Значит, закроем его тканью. Быстро.

Кайран всё ещё стоял у входа.

Марина ощущала его присутствие спиной — тяжёлое, внимательное, напряжённое. Он не вмешивался, и уже одно это было странно. Ещё вчера этот мужчина мог одним словом отправить её в северный флигель, словно вещь, которую переставили из главной комнаты в кладовую. Сегодня он молчал на пороге дома, который она потребовала у него почти как вызов, и смотрел, как его опальная жена распоряжается людьми, пространством и чужим страхом увереннее, чем некоторые распоряжались целой крепостью.

Ярина вдруг пошатнулась.

Марина успела подхватить её за локоть. Дарен шагнул было вперёд, но остановился, когда Марина коротко качнула головой.

— Дышите ровно, — сказала она Ярине. — Смотрите на меня. Не на них, не на дверь, не на то, что вам наговорили. На меня.

Женщина уставилась на неё, цепляясь взглядом.