Книга Исцеление любовью, страница 100 – Снеталия Морозова

— Кто ты? – спросил Артур.

— Ведьма, Аглая, вставайте Артур.

— Ты моя пара, ведьма, моя истинная, я слышу дракона, он поёт. О! Я нашел тебя!

— Боги! Спасибо! Спасибо! – вскочил владыка, выкрикивая.

Даркаф и Гор поднялись, рыча на драконов.

— Пути господни неисповедимы, - тихо произнесла Аглая, тоже вставая за мужьями.

— Уважаемый Борей, мы домой. Дело сделано, дальше всё зависит от вас, Артур, - я спокойно сказала правителю драконьих земель.

Мы поднялись.

— Хотя бы угоститесь, - этот владыка меня поедал глазами, показывая на изыски за столом.

— Нет! Нам пора! – отчеканил Влад.

Мы пошли на выход. Артур стоял, как громом пораженный. Папаня его тоже.

Влад вызвал Блэка, мы оказались дома.

— Блядь! Что мы знаем про этого Борея? – Влад нахмурил брови.

— Любимый, ну ты что?

— Зеленоглазка, так смотрят мужики, которые уже решили всё для себя, понимаешь?

— Ой, дурак!

Я обняла своего ревнивого демона, успокаивая, поглаживая по груди и спине.

Потом своего медведя, который тоже ворчал что-то под нос.

Так как дети наши с няньками, я решила снять напряжение у своих мужчин.

Аглаю мужья утащили домой, им предстоит смириться с драконом. Шок!

— Блэк, перенеси нас к Владу в кабинет, пожалуйста.

Я села в кресло мужа (мы иногда так шалили).

Мужчинам указала стулья поставить к стене и присесть.

— Белогор, Владислав, я вас вызвала в кабинет, чтобы…

— Трусики сними, - прошипел демон, сглатывая.

Медведь выдохнул, поправил удобно член.

Я медленно вышла из-за стола, крутя бедрами, подняла узкий подол, чтобы они увидели чулки, сняла трусики, переступила через них, опустила платье, и встала напротив них, облокотившись ягодицами о стол.

— Кто-то говорил мне, что ревность – это весело…

Я подошла к Буру, повернулась к мужу спиной.

— Замок, любимый.

Белогор медленно расстегнул, тут же торопливо полез рукой к груди.

— Руки! Вы наказаны.

Вернулась к столу, сняла платье, бюстгальтер, осталась в чулках и туфлях.

— Ведьма! – Влад достал член, расставил ноги широко, провел по нему.

Белогор тоже выпустил своего бойца, приспустив штаны.

Я села на стол, раздвинула ноги, и провела по промежности пальчиками, откинула голову.

Миг и меня хватают за шею, ноги, руки, кусают в метки, жадно мнут грудь, целуют ноги, пальца, соски, грудь…. Мы падаем в чувственный омут.

Наш союз идеальный, мужчины чувствовали меня, я – их. Я ощущаю твердую головку у ануса - это Белогор. Они одновременно входят в меня, рычат в безумстве, я кричу в эйфории и дикой наполненности, и мы сходим с ума, улетая в рай, в космос…

У меня уже дети, наш союз полный, и мне никто больше не нужен, я в этом союзе – Я! Ведьма! Жена!

Через день после визита к драконам нам доставили письмо. Мне признавался в любви Борей Великий.

Влад читал письмо долго, поднял взгляд на побратима:

— Читал?

Белогор кивнул.

— Зеленоглазка, выйди.

— Ага! Разбежалась…

— Стеша!

— Влад!

— Спокойно! Пташка моя любимая, он просто выражаться при тебе не хочет. Может, прогуляешься, посмотришь, как там мальчики?

— О! А то я не слышала его отглагольных трехэтажных. Бурушка, не надо заливать! Говори, что надумал? Что надумали? Оба!

— Ты читала? – спросил Белогор.

— Читала.

— И?

— Что - и? Ну, мне понравилось…

У Влада вылезли рога, и я захохотала.

— Пташка моя смелая…это уже отчаянно как-то…- переживал медведь не за меня, за побратима, кажется.