Книга Слова, что обрушат небеса, страница 95 – Анна Панкратова

— О, дорогая моя, теперь даже если ты сама ко мне придешь, я тебе откажу. Спать с возлюбленными своих друзей — мерзко и недостойно. Я, может, и грех, но мне не чуждо чувство морали.

— Ты просто слишком гордый, чтобы взять чужое. Но мне это нравится в тебе. Скажи лучше, как грех может так любить женщин? Петь им такие оды? М-м? Еще и Гордыня!

— Я умею видеть видеть прекрасное в мире. И слишком горд, чтобы стать причиной слез женщины. Я должен дарить им только хорошие эмоции. Так что хватит заливать слезами мою кухню. Иди лучше к Деймонду, вдруг он тоже мучается от бессонницы?

— Не сегодня, — качнула головой она, внимательно оглядела Феликса, понимая, что и правда готова назвать его своим другом. Страх растаял, но осталось уважение. Кажется, на него можно положиться. Кто бы мог подумать? — Зачем мужчины насилуют? Типа… как можно возбудиться на плачущую, молящую о пощаде девушку? Женщину? Бабушку, мать твою! Младенца! Иногда я хочу отключить интернет, чтобы не знать, что творят мужчины.

— Честно? Я не знаю, Харпер. — Феликс посмотрел на нее с такой горечью, что она невольно покрылась мурашками: кажется, и он опечален фактом такого количества насилия в мире. — Я знаю, у тебя тоже есть своя история… и мне очень жаль, что так вышло.

— И у тебя никогда не было желания взять силой ту, что тебе отказала? Тебе же отказывают?

— Разумеется отказывают! И довольно часто, к слову. Но это нормально. И нет, у меня никогда не было мысли взять силой. Зачем? Мне очень важно подарить удовольствие партнерше, в том числе. Иначе — зачем все это? Я Гордыня, а не эгоизм, чтобы думать только о своем удовольствии.

— Я бы написала Гордыню совсем другим, — задумчиво сказала Харпер, закусила губу. — Удивительно, но твоя гордость проявляется исключительно в том, что ты не хочешь быть причиной боли, страха, ужаса для кого-то. Ты гордишься тем, что людям хорошо с тобой! Ты словно… считаешь своим долгом сделать так, чтобы тебя все любили. И вот этим ты гордишься.

— Именно. — Феликс выпятил грудь, лукаво улыбнулся. — Это выбор. И я выбираю завоевывать любовь. Но амбиции у меня тоже есть, между прочим.

— Да-да, слышала, что ты хочешь спасти Мунфол от обрушения небес, а потом занять место Фреи и стать королем.

— Почему нет? — подмигнул Феликс. Харпер не сдержала улыбку.

— А какой блуд? Все… ужасно, да?

— Это она. Лав. И она не так плоха, как тебе кажется. Пошлая, вульгарная, занимается сексом чаще, чем ест. Но и она никогда никого не насилует.

— И у тебя был с ней секс?

— Разумеется! И не один раз. К таким девушкам хочется возвращаться…

— А Деймонд?

— Отказался. Предлагал дважды. Видела бы ты мое удивление, когда шестнадцатилетний девственник отогнал от себя голую Лав! О, как она была прекрасна в тот день… но он заявил, что хочет по любви. Отказал ей и после смерти его жены. Сказал, что предпочитает заниматься любовью с теми, у кого есть душа.

— О, слышала я про элитных проституток.

— Это я привел их. Он был очень пьян, к слову, и следующим утром чуть не прибил меня.

Харпер рассмеялась.

Все же жизнь очень интересная и запутанная вещь. Может подкидывать тебе насильников и абьюзеров, окружить тебя похотью и грязью, чтобы ты не забывал, как отвратителен мир. А может подарить самых лучших людей в друзья, которые живут по нормам морали, с кем никогда не страшно остаться наедине. Она слышала множество историй про лучших друзей парней, которые даже спустя много лет общения и полного доверия, могут превращаться в оборотней, что думают только членом.