Книга Слова, что обрушат небеса, страница 120 – Анна Панкратова

— Уходим, — из ниоткуда возник голос Офелии. А потом и ее руки, что вцепились в плечо. — За мной!

Вероятно, она и правда скорее жива, чем мертва, раз сумела войти в эпицентр магии мертвых.

— Феликс?

— Остался, — шикнула Офелия. — Идем уже!

Магия продолжала бушевать. Потоки сковывали, сдавливали грудь, мертвые появлялись тут и там, чтобы обрушить очередные воспоминания: твою мать, что им нужно⁈ Своих призраков прошлого Деймонд и Харпер победили!

— Харпер, — позвал Деймонд, но она не повернулась. Пялилась на какую-ту женщину, что наблюдала за ними с легкой полуулыбкой, слегла склонив голову. Блондинка, статная и красивая, высокая, с точенной фигурой. Словно дикая кошка, красивая, но опасная, она застыла в засаде, готовая выпустить когти.

— Знаешь ее? — спросил Деймонд.

— Что? — Харпер наконец услышала его. Едва дышала, бледная, с кругами под глазами. — Давайте выбираться отсюда.

Деймонд покрепче взял Харпер за руку, и они двинулись вслед за Офелией. Она накрыла их своей магией, словно куполом, но все равно к ним просачивались потоки магии мертвых. Идти становилось тяжелее, казалось, они увязали в зыбучих песках, а засасывали их сами туннели, чтобы навсегда оставить себе. Поворот, еще поворот, красный свитер Офелии, который как маячок, вел их вперед. Еще один поворот, несколько метров и показался взволнованный Феликс. Он не заступил в запретный коридор, но всеми силами махал им, словно это могло ускорить их.

Едва Деймонд зашел за порог, магия стихла. Повисла тишина. Холод облепил уставшее тело. Страх еще не уходил, но дышать определенно стало легче. Харпер дернула его за руку и кивнула в коридор, откуда они только что вышли.

— Что же, неплохо, — заговорила та самая блондинка. — Эта победа за вами.

Женщина сделала шаг назад, а проход закрылся, снова став обычной каменной стеной. В обитель мертвых больше никому не войти.

Ноги Харпер подогнулись, и Деймонд едва успел ее подхватить, чтобы осторожно уложить на пол. А потом он и сам ощутил, как сдавило голову. В глазах потемнело, в ушах начало шуметь. Он осел на колени, борясь всеми силами, лишь бы не упасть в обморок. Феликс склонился над ним, но он мотнул головой.

— Харпер! Сначала Харпер! — прошипел он. Феликс поджал губы, но послушался. Будто не понимает, что она слабее, значит, уязвимее! Зато с ним рядом оказалась Офелия. Потащила его в сторону, и он все же сел на холодный пол.

— Просто истощение, — констатировала она и сжала кулак. — Сейчас станет легче.

— Харпер…

— С ней Феликс, влюбленный кретин! — фыркнула Офелия, и Деймонд отдался ее магии. Поток вязкой субстанцией заполнил организм, обволок каждый орган, слизнул шрамы с сердца и души, покрывая жаром. Отдохнувшим и полным сил он себя не ощутил, но терять сознание точно передумал. Взял Офелию за руку, шумно выдохнул, когда поток усилился, в этот раз укрывая теплым одеялом. Она подалась к нему, легко коснулась губ, выдохнула последнюю порцию магии.

Деймонд закрыл глаза, давая шарику из магии скользнуть внутрь, смешаться с собственной силой.

— Спасибо, Офелия.

— Обращайся.

— Ты точно дочь Гнева? В тебе так мало от него.

— Точно. Мама была девственницей, он искал именно такую. Юную, здоровую и непорочную. И пока она не забеременела, он ее никуда не выпускал. А следили за ней исключительно женщины. Ну, на всякий случай, — беспечно рассказала Офелия, словно делилась прогнозом новостей. Деймонд свел брови вместе, неуверенный, что хотел знать такие подробности. — Не бойся, никакого насилия. У них был контракт. Каждый выполнил свою часть сделки. А мама еще и влюбилась в него без памяти. А он позволил ей остаться с ним до конца ее дней. Образцовой семьей нас трудно было назвать… но он никогда не причинял ей вреда. Любил ее, как мог. У них было больше взаимоуважения и заботы, чем у многих пар сейчас.