Книга Ты ко мне вернешься, жена, страница 30 – Мария Кац

Санитарка смотрит на меня с лёгким недоумением, но кивает.

— Сейчас я схожу, узнаю. Только лежите спокойно, не волнуйтесь.

Она выскальзывает обратно, а я откидываюсь на подушку, пытаясь унять дрожь в руках. Настя с соседней койки смотрит на меня с опаской. Со стороны я выгляжу, наверное, как сумасшедшая. Целый день молчала, а сейчас просто вскочила и требую свой телефон.

Я пытаюсь улыбнуться ей, но получается плохо. Мне нужно сосредоточиться. Продумать слова.

Что я скажу?

«Марат, это я. Я в больнице».

«Марат, у меня угроза выкидыша».

«Марат, у нас будет ребёнок».

«Марат, где ты? Почему молчишь?»

Каждое предложение кажется минным полем. Каждое может взорвать то хрупкое «после», которое началось с его исчезновения.

Но хуже молчания уже не будет. Я поняла это, глядя на Настю. Поняла, глядя на пустоту в её глазах после визита матери и мужа. Я не хочу этой пустоты. Я предпочту его ярость. Его холод. Даже его безразличие, но он должен это сказать мне.

— Олеся Дмитриевна, насчёт вашего телефона… — она замирает, переминаясь с ноги на ногу. — В камере хранения сказали, что ваши личные вещи, включая телефон и сумку, сразу же забрал ваш муж.

Холодная волна катится от макушки к пяткам.

— Кто забрал? — растерянно хлопаю глазами, замечая, как женщина выпрямляется.

— Муж, как я поняла. Подписался в ведомости. Игорь Леонидович.

Мне требуется пара секунд, чтобы понять, кто именно забрал мои вещи. Игорь, не Марат.

Хочу возразить, поправить санитарку, но… вовремя останавливаюсь. Не хочу навредить Игорю. Он помог мне. Привёз сюда. Всё организовал. Не хочу, чтобы его обвинили в чём-то.

— Простите, мне нужно позвонить. Это… срочный вопрос. Пожалуйста. Можно со служебного? Или с вашего? Я заплачу.

Санитарка колеблется, но, видя моё лицо, в конце концов кивает. Через пять минут она приносит старый кнопочный аппарат.

Я выхожу в коридор, чтобы мне никто не мешал. Ни взгляд соседки, ни лишние расспросы санитарки.

Мои пальцы дрожат, набирая знакомый номер, который я знаю лучше своего. Короткие гудки. Потом — автоматический голос: «Абонент временно недоступен». Я сбрасываю и набираю снова. Тот же результат.

Паника, острая и липкая, подкатывает к горлу. Я делаю глубокий вдох, кладу ладонь на живот.

«Только не сейчас. Только не волноваться ради него», — мысленно успокаиваю себя, делая глубокий вдох.

Я набираю номер его рабочего телефона. Сердце бешено колотится, пока идут гудки.

— Офис Волкова Марата Руслановича, — отвечает женский голос.

— Анна, это Олеся, — произношу, чтобы голос не дрожал. — Олеся Дмитриевна… здравствуйте. Чем могу помочь?

— Мне срочно нужен Марат.

— Он на выездном совещании. В офисе его нет.

Я выдыхаю. Он жив. Он на совещании. Чувство облегчения такое острое, что я на миг закрываю глаза. Значит, не в больнице, не в коме… Он просто занят.

— П-почему у него телефон отключен? — вопрос срывается сам собой, я даже не успеваю подумать.

— Он предупреждал, что будут сложности со связью. Может, я могу чем-то помочь?

Даже через телефон я ощущаю её неловкость. Раньше я никогда не звонила Марату в офис. Всегда только лично на мобильный. Вряд ли Аня сейчас понимает, как правильно ответить мне. Подобных ситуаций у нас не было, а я всё ещё жена её начальника.

— Да, если увидите его или же он будет звонить, то передайте, что я… нахожусь в больнице, — выдыхаю, заставляя себя говорить чётко. — В Центральной городской, гинекологическое отделение, палата 312. Передайте ему, пожалуйста, как только он появится. Скажите, что я здесь. И что мне… что мне нужно его видеть.