Книга Зимняя сказка. Забава для близнецов, страница 50 – Кэти Свит

— Посмотри на меня. – Марк бережно приподнимает мой подбородок, заставляет поднять на него глаза.

Кусаю губы. Чувств внутри слишком много, мне с ними не совладать.

Ожидаю, что он сейчас начнет задавать вопросы, пытаться пробить мою оборону, выведать то, что испытываю. Но нет. Марк и здесь поступает иначе.

Он наклоняется ближе, смотрит с нежностью. Ласково, едва касаясь, проводит по моим губам большим пальцем. Я не дышу, закрываю глаза. Растворяюсь в моменте.

Легкое прикосновение мужских губ выбивает из головы все страхи и домыслы. Его ласка и нежность внушают доверие. Им я не в силах противостоять.

Подаюсь вперед, зарываюсь руками в его густой шевелюре, открываюсь, позволяя углубить поцелуй насколько это возможно.

Горим.

Весь вечер мы занимаемся тем, что украшаем елку. Дети с любопытством рассматривают новогодние игрушки, старательно протирают их, вешают на ветки. Забава ни на шаг от них не отходит и помогает во всем, как самая настоящая мама.

Смотрю на нее и понимаю, что она буквально создана для материнства. Любовь к детям и нежность исходят прямо из сердца, и это невозможно не заметить. Забава делает мир светлей.

— Папа, а это кто? – Машенька вертит перед собой старого стеклянного снеговика, еще советских времен. Одна из моих любимых игрушек в детстве.

— Снеговик, – беру из рук дочери игрушку. – Осторожно, он очень хрупкий.

— Снеговик? – с интересом рассматривает небольшого белого снеговика. – Но это не Олаф.

— Думаешь, помимо Олафа других снеговиков нет? – ухмыляюсь. К нам приближается Паша, ему тоже стало любопытно.

— Есть, – говорит. – Наверное.

— Это снеговик из моего детства, – поясняю детям. Даю рассмотреть, а потом вешаю игрушку на самый верх елки. Подальше от детских шаловливых рук.

Следом к снеговику отправляются Щелкунчик, сундучок и три сосновых шишки. Это все, что у меня осталось от родных.

— Какие красивые, – с придыханием произносит Забава. – А у меня еще в детстве был зайчик. Он мне так нравился, – мечтательно улыбается.

— И где он теперь? – спрашиваю ненароком.

— Разбился, – печально вздыхает. – В позапрошлом году.

Забава обходит вокруг елки, рассматривает старые игрушки. От них веет историей, они привносят особую атмосферу в дом Марка.

Я любуюсь Забавой. Она такая… Аж крышу сносит! Словами мои чувства к ней не передать.

Ходит по дому в своем сером то ли в длинном свитере, то ли в коротком платье, демонстрирует длинные стройные ноги, а у меня уже пар из ушей идет.

Глаз не отвести. Дыхание спирает. А если встретимся взглядом, так в груди снова пылает пожар.

Если бы кто раньше сказал, что я влюблюсь в девушку спустя пару дней знакомства, то не поверил бы. А теперь поздно уже говорить.

— Поможешь? – протягиваю Забаве край гирлянды.

— Конечно, – мило улыбается мне. Берет гирлянду, держит. Я бережно прикрепляю к потолку один конец, протягиваем с Забавой через всю комнату тонкий провод со светодиодами, фиксирую другой конец.

Включаю в розетку, и в комнате становится еще чуть больше праздничной атмосферы. Дети счастливо пищат.

Мы украшаем гостиную, прихожую, лестницу. До кухни и спален руки уже не доходят, пьем чай, а дети какао с неудавшимися печеньками, и расходимся по комнатам.

Забава направляется к детям, чтобы прочитать им новогоднюю сказку, а я остаюсь внизу, нужно убрать освободившиеся коробки.