Книга Вернуть семью. Шанс на любовь, страница 28 – Кэти Свит

Охреневаю.

Я не ожидал.

Она меня собирается крайним выставить? С хрена ли?

— Повтори, — рычу. Былое умиротворение миром рассеивается.

— Я тебя не просила! — шипит со злостью.

— Считай, делаю не для тебя, — отрезаю. — Ты с сыном переезжаешь в отдельную палату. Это не обсуждается!

На том конце провода повисает молчание.

Внутри меня бушует злость, и справляться с ней становится только сложнее.

Очень заманчиво сорваться, вывалить все, что думаю, и не спускать на тормозах. Но блин! Я завтра оперирую ее ребенка. Нашего ребенка.

Принимаю самое сложное решение за всю жизнь. Знаю, я не смогу отказать ей в помощи.

— Всего доброго, Маш, — произношу низким тихим голосом. И завершаю вызов.

Сейчас мы слишком близки к тому, чтобы сорваться и наговорить сгоряча гадостей друг другу. Только вот я этого не хочу.

Я собираюсь разобраться в нашем прошлом. И примирить нас в будущем.

Потому что до сих пор люблю ее.

Во избежание никому ненужных звонков выключаю сотовый и направляюсь в душ. Оттуда выхожу, ем и ложусь в кровать. Стоит голове коснуться подушки, как я тут же отключаюсь.

— Ну как здесь наш пациент? — В палату заходит Михаил Александрович.

Осматривается вокруг, взглядом находит своего маленького пациента, Левушка улыбается ему и машет рукой.

Удивительно, что мой сын без проблем пошел к Майорову! Я в шоке! Обычно малыш сторонится врачей.

Видимо, Михаил Александрович обладает особой энергетикой, раз дети его так любят.

— Все в порядке? — уточняет у меня.

Врач бодр и весел, он настроен довольно оптимистично. В отличие от меня.

Мое настроение словами не описать. Я словно нахожусь на пороховой бочке, которая вот-вот должна рвануть, и единственное, что мне остается, так это отсчитывать движение стрелки часов.

Страшно.

Нервы не выдерживают свалившегося на них напряжения, слезы то и дело норовят политься из глаз.

Знаю, что малыш все чувствует, и именно благодаря этому я держусь. Если расклеюсь, то Левушка тоже начнет переживать.

Голова кружится, глаза закрываются. Но я знаю: если лягу, все равно не удастся уснуть.

Сон не придет из-за беспокойства. Тревогу просто так не унять.

После вчерашнего разговора с Лешей я вся извелась и до сих пор не могу привести чувства в порядок. Не представляю, как выдержу предстоящий разговор.

А ведь он будет. Я даже не сомневаюсь!

Высоцкий не позволит мне уйти от ответов. Характер не тот.

Я проворочалась всю ночь, но так и не смогла поспать нормально. Сон настиг лишь под утро, а там Левушка проснулся и сразу же потребовал маму. Не дал даже немного отдохнуть.

Выдержать бы сегодняшний день… Он будет сложным.

— Кушать хочет, — признаюсь. — Уже не знаю, чем отвлечь. — Это чистая правда.

Попробуй развлеки маленького голодного мужика!

Это ведь нереально! А меня заставляют…

Я прекрасно понимаю, что голодание перед наркозом — вещь обязательная, и даже один глоток воды может привести к серьезным осложнениям. Поэтому раз за разом придумываю новые способы для отвлечения маленького от еды.

Сама тоже не ела. Хотя надо.

На нервной почве я не ем со вчерашнего дня.

Наклоняюсь и беру на руки сына. Он сидел в кроватке и играл в машинки, а теперь тянет ручки к бутылке воды, что стоит на тумбочке.

Блин. Не убрала.

— Придется немного потерпеть, — с сочувствием произносит доктор. — Жалобы какие-то есть? — внимательно смотрит на меня.