Книга Без права на ошибку. Спасти свою дочь, страница 9 – Кэти Свит

— Я туда еду не есть, а дочку лечить, – напоминаю подруге. Она улыбается.

— Но сытая мать – счастливая мать, – подмигивает.

— Ох, Юлька, Вы неисправима! – не могу сдержать улыбки.

Да и как здесь удержаться, когда рядом с тобой едет любительница поесть? Юля кушает и не толстеет. Поражаюсь ее метаболизму!

— Вообще не понятно, как и что будет, – признаюсь, печально вздыхая. Про то, что мне дико страшно решаю не говорить.

— Боишься? – с осторожностью интересуется Юлька. Она что, мысли мои прочитала?

Я опять дико удивлена.

Но подруга толком не смотрит на меня, следит исключительно за дорогой, там довольно напряженная ситуация. Да и не удивительно! Разгар рабочего дня.

Мне повезло, что у Юли свободный график работы, и на сегодня не запланировано встреч. В противном случае пришлось бы ждать, когда она освободится, и только после этого ехать к дочке.

— Есть такое, – говорю, немного покопавшись в себе.

Меня страшит неопределенность и минимальное наличие информации. Во всемирной паутине такого понаписано, что как начнешь читать, аж волосы шевелятся на голове. Причем, у лысого человека тоже.

Лечащий врач моей малышки просил не читать непроверенные статьи и обещал сам рассказать о пороке, поделиться подробностями и прогнозами на дальнейшую жизнь.

А еще он заверил, что каждый случай уникальный, и он подробно объяснит все, что касается нас.

Детки у всех разные, степень поражения тоже, а способности детского организма просто поражают, да и компенсаторную функцию никто не отменял.

Он считает, что при должном подходе к питанию, физической нагрузке и при грамотной реабилитации, моя малышка в конечном итоге ничем не будет отличаться от остальных детей.

«Вам в некотором роде повезло», – в голове снова звучат слова врача. – «После комплексного обследования мы обнаружили, что у вашей дочки единичный порок. Да, он хирургически сложный, но мы знаем как с этим работать, не переживайте на этот счет».

После общения с ним ловлю себя на мысли, что не переживаю. Да, страшно, но это не то.

Я верю лечащему врачу своей дочки. Мне почему-то кажется он даже каким-то родным. Словно мы хорошо знаем друг друга, словно он – часть моей жизни.

Ох, какой же бред порой я несу!

— Все будет так, как должно быть, – продолжаю озвучивать свои мысли. – Я могу биться головой об лед сколько угодно, но если мне не дано, то ничего не добьюсь.

— Хочешь подискутировать на эту тему? – лукаво улыбаясь, интересуется Юля.

— Нет, спасибо, – отказываюсь, прекрасно понимая, к чему это все приведет.

— Тогда не будем, – смягчается подруга. – Насть, не боишься, что родители малышки отойдут от первого шока и приедут к тебе, – Юлька резко переводит тему и, сама того не подозревая, попадает в самую точку. Она озвучивает мои глубинные страхи.

— Боюсь, – нет никакого смысла скрывать свои чувства, ведь они вполне объяснимы и логичны. – Если честно, то очень сильно.

В машине на некоторое время повисает тишина, а я понятия не имею, как справиться с бушующими в груди эмоциями. Стоит только представить, что появится хоть один из родителей малышки, как у меня внутри все замирает, сердце перестает биться, стынет кровь.

Нет-нет-нет! Не отдам. Она моя и точка!

Заставляю себя проглотить ком, что встал в горле, и сделать глубокий вдох.