Книга Без права на ошибку. Спасти свою дочь, страница 94 – Кэти Свит

Дима вернулся домой. Он приехал сразу после смены.

— Привет, дорогой, – отвечаю, лучезарно улыбаясь в ответ. От нежности в груди расцветают бутоны.

Когда Дима рядом, хочется парить с ним в вышине, за спиной вырастают крылья, и я чувствую себя невесомой. Даже солнце светит иначе, иначе идет дождь. Мир становится лучше.

— Как поживает наша младшая дочь? – наклоняясь ближе ко мне, интересуется Дима.

Его дыхание опаляет меня, пробуждает запретные желания и не отпускает. Позволяю себе раствориться в нежности, закрываю глаза. Ах, как же прекрасно!

— Малышка, ты появляться на свет еще не желаешь? – спрашивает, обращаясь к дочери напрямую.

Снова чувствую толчок и обреченно закатываю глаза. Наша дочка всегда реагирует на папин голос.

— Я как раз уговариваю ее этого не делать, – признаюсь.

Не хочу сегодня рожать, пусть лучше я это сделаю завтра. Надеюсь, все сложится как надо и малышка не поведется на уговоры отца, а сделает все так, как прошу я. В конце концов, мы, девочки, должны поддерживать друг друга.

— Дочка, давай вылезай, – игриво произносит Ланской.

Он знает, что я категорически против этого, но намеренно издевается. Ему, видите ли, нравится, когда я на него фырчу.

Я злюсь, а он смеется, обнимает меня и покрывает лицо поцелуями. Ох, Дима…

— Сделай папе подарок на день рождения, – никак не желает угомониться.

— Ну, Дим! – едва ли не топая ножкой произношу. – Ну зачем? Ты испортишь сразу два дня рождения.

— Не-а, – отвечает довольный собой. Он просто непрошибаем. – Я сделаю этот день особенным и вдвойне праздничным.

Ох, как много я хочу сейчас сказать! Только открываю рот, чтобы высказать все, что думаю на этот счет, как на кухню заглядывает Тимоша.

— Мам, пап, – сын обращается к нам обоим. – Там в дверь кто-то звонит.

— Уже? – ахаю. В спешке бросаю взгляд на часы, искренне изумляюсь, видя время. – Дим, это Игнатовы приехали!

— И Хмельницкие тоже, – на кухню следом за Тимой заходят Саша и Василиса. – Майоровы и Высоцкие тоже скоро придут.

— Ребята! – улыбаюсь лучезарно. – Как же мы рады вас видеть! Я до последнего боялась, что вас всех не отпустят, – признаюсь.

— Кто нас может не отпустить, когда с вами сам заведующий отделения? – на кухню заходят Кирилл с Мариной.

— Лучше помолчи, – отмахивается Дима.

— Накаркаешь сейчас, и будем мы день рождения в операционной отмечать, – добавляет Саня.

— Зато всем отделом, – Игнатов вроде и шутит, но вместе с тем каждый знает, что он констатирует факт.

— Вы еще пошутите, что роды давно не принимали, – смеюсь, поглаживая живот.

— О, нет! Роды – это не мое, – отрицательно качает головой Хмельницкий.

Чувствую, как по ногам бежит влага, опускаю взгляд вниз.

— Ой, – пищу.

— Договорился, Санек? – произносит Дима, показывая на отхождение вод. – Похоже сейчас мы это проверим.

И вокруг меня начинается суета сует. Девочки забирают детей, уводят в соседнюю комнату и развлекают, мужчины разделяются, кто спешит заводить автомобиль, кто помогает спустить сумки, кто находится рядом со мной и помогает спуститься.

Дорога до роддома занимает всего несколько минут, но это стали самые долгие минуты в моей жизни. Легкое потягивание, что появилось сразу после отхождения вод, перешло в изнуряющие схватки, которые буквально за считанные мгновения перерастают в потуги.

— Я рожаю! – кричу.

— Как?

— Уже?

— Впереди пробка!

— Мы не доедем!

— А-а-а! – от боли начинаю кричать.

— Останавливаемся, – начинает руководить Санек. – Не довезем.

— Вызываю «Скорую», – произносит Кирилл.

— Родная, я здесь, – успокаивает меня Дима. – Я с тобой.

— Ты такой подарок хотел на день рождения? – спрашиваю, часто дыша.

— Не совсем, – признается, а у самого глаза блестят от счастья.

— С днем рождения, любимый! – говорю и начинаю тужиться. Терпеть уже никаких сил нет. Сдаюсь.

— Давай! Еще немного! – напирает Санек. Дима держит за руку, помогает морально.

Слушаю все, что говорят. Выполняю указания беспрекословно.

Несколько потугов, силы кончаются…

— Давай-давай! – подбадривают со всех сторон.

— А-а-а! – кричу, делая последний рывок.

И слышу долгожданный и такой приятный крик.

— Пацан! – ошеломленно заявляет Санек.

— Как пацан? – во все глаза смотрит на него Дима.

— Попа на месте? – задаю важный для себя вопрос. Я всю беременность боялась и надеялась, что повторение порока обойдет нас стороной.

— Все у него на месте! – произносит Саня. – И причиндалы, и попа! – смеется.

— Девка, девка, – приговаривает Игнатов. – Говорил же, что будет пацан!

— Поэтому он и послушался папу, – обессиленно улыбаюсь.

— Любимая, родная моя, – хриплым от переизбытка чувств голосом говорит Дима. – Это действительно самый лучший день! Спасибо тебе за идеальный подарок!