Книга Без права на ошибку. Спасти свою дочь, страница 51 – Кэти Свит

— Я передумал, – заявляет, оставаясь совершенно непробиваемым. Он ведет себя словно робот, а не человек.

Мне кажется, что у стоящего передо мной мужчины вместо сердца процессор, а вместо души – количество ноликов после цифр на счетах. Он все сводит к деньгам, выгоде и обязательствам. Ничего и никогда не делает просто так.

Мужчина смеряет меня с ног до головы презрительным взглядом, морщится, брезгуя даже смотреть мне в глаза.

— Сколько вам заплатить, чтобы забрать ребенка прямо сейчас? – спрашивает, открывая портмоне. Достает оттуда стопку крупных купюр и кладет их на стол. – Хватит? – кидает на меня беглый взгляд. – Нет? – ухмыляется. – Хорошо, я заплачу больше.

Рядом с одной стопкой тут же появляется еще две.

Забери эти деньги, так мне с лихвой хватит на операцию сына, на реабилитацию и еще останутся. Я смогу ни в чем не отказывать ни Тимоше, ни себе.

— Неужели мало? – пристально за мной наблюдает. Его коробит, что я не трогаю его поганых денег.

На языке так и вертится популярно объяснить, куда именно ему бы эти купюры засунуть. Но я все же культурная и не позволяю себе так смачно ругаться даже перед новорожденными детьми.

— Назови сумму, – прожигает меня взглядом. – Сколько тебе надо, чтобы ты отказалась от моей дочери? – спрашивает напрямую.

От его дочери… Ха!

Если бы только он знал всю правду про то, чей именно этот ребенок…

— Нисколько! – внутри все пылает. Я ушам поверить не могу. Вот же сволочь!

Вика для него, что? Товар? Или игрушка какая?

Хочу – выброшу, хочу подберу. Ужас какой!

Но судя по решительному предложению и уверенности, с которой он пришел, в его мире все продается и все покупается.

Ах, бедный ты и несчастный человек! Столько времени прожил, а не понял самого главного. Любовь, уважение и искренность нельзя купить, они лишь дарятся и получаются обратно.

— Малышка моя! – отрезаю, не поведя бровью. – Я не отдам ее! Никому! – заявляю, оставаясь совершенно непреклонной.

— Я – отец, а ты – никто, – рычит, плохо сдерживая свою злость. – Подпишешь отказ и ничего не сможешь сделать! – шипит зло. Мурашки по коже.

Он отходит от кроватки и напирает на меня. Вся храбрость тут же улетучиваются, я понимаю, насколько беспомощна перед мужчиной.

Если ему захочется, то он может просто забрать Вику, свободной рукой отпихнуть меня в сторону, выйти из отделения и… исчезнуть.

Что-то мне становится нехорошо. Кажется, вот-вот я потеряю своего ребенка.

— Зато я смогу! – вдруг раздается за моей спиной.

На пороге палаты появляется единственный, кому я могу верить. Тот, кто уже однажды спас мою дочь.

— Дима? – ахаю, оборачиваясь. Но он не видит меня.

Взгляд Ланского прикован к тому, кто официально является биологическим отцом моей дочери.

— Прочь из палаты и из отделения! – требует. – Ребенка вам никто не отдаст! Можете даже не пытаться. Вика останется здесь! Девочка будет лежать со своей матерью. С Анастасией!

Проникший без разрешения в отделение мужчина настроен весьма решительно и агрессивно, его намерение забрать малышку не на шутку беспокоит меня.

Вика сейчас совершенно не в том состоянии, чтобы становиться предметом разборок несостоявшихся родителей.

За малышкой требуется особенный уход, мы не даром обучаем Настю этому, ведь дома ей предстоит все делать самой. Если он заберет Вику, то последствия могут быть весьма плачевными. В первую очередь для нее.