Книга Бабушка, я замужем (но это не точно), страница 2 – Аля Авилина

Я подняла голову. Смотрю на него с надеждой, как щенок на кусок колбасы.

— Думаешь?

— Легко. Прикинем бюджет, — он полез в телефон. — Сколько она гостить собирается?

— Неделю. Максимум две. — Я задумалась. — А если она предложит ему остаться на ночь? Актеры же берут почасовку?

— О, это проблема, — Руслан нахмурился. — Актеры за ночную смену дерут как за космос. И потом, а если бабушка захочет увидеть ваш дом? Или попросит показать заявление в ЗАГС? Это уже доплата за риск.

— Моя может, — убито сказала я.

Мы замолчали. За соседним столиком кто-то громко смеялся, парочка в углу ворковала, а у нас — апокалипсис. Ну ладно, пока только в меня, но не бросит же меня в беде лучший друг?

Меня осенило

Руслан напрягся. Он меня знает. Он знает, что когда я так смотрю и так начинаю, ничего хорошего это не предвещает.

— Аня, нет.

— Я еще ничего не сказала!

— Я вижу это по твоим глазам. У тебя глаза как у кота из «Шрека», когда он просит оставить его. Только в твоем случае просьба звучит значительно хуже.

— Русланчик, — пропела я, кладя голову на сложенные руки и глядя на него снизу вверх максимально невинно. — Ты же мой лучший друг.

— Это не работает.

— Ты же знаешь меня с пяти лет.

— Это тоже не работает.

— Ты же... — я сделала паузу и добила: — Свободен.

Он дернулся.

— При чем тут это?

— При том! — я резко выпрямилась. — Руслан, ну посуди сам! Актер — это чужой дядя, неизвестно кто. А ты — это ты! Я тебя знаю, я тебе доверяю, ты выносил мои сопли в универе, я выносила твои. Мы можем просто... ну... несколько дней побыть парой. По-настоящему. То есть нет, не по-настоящему, а понарошку. Фиктивно! Всего на две недели, а потом тихо разойдемся как ничего и не было.

В баре повисла тишина. Даже бармен перестал протирать стакан и уставился на нас. Руслан молчал. Долго. Очень долго. Я уже начала паниковать, что он сейчас встанет и уйдет, и наша двадцатилетняя дружба рухнет в тартарары из-за моей любви к бабушке и неумению держать язык за зубами.

А потом он засмеялся.

— Ты с ума сошла, — выдохнул он сквозь смех. — Просто окончательно. Ты понимаешь, что это самое идиотское предложение в моей жизни?

— Понимаю, — честно кивнула я. — Но ты выслушал предложения, где меня просили прыгнуть с моста в реку в феврале ради «экстрима», и ты согласился тогда пойти со мной за компанию. Ты выслушал предложение поехать в кругосветку с двумя тысячами в кармане и тоже согласился. Скажи честно, это правда самое идиотское?

Он замолчал, задумавшись. Я знала, о чем он думает. Он перебирает в голове наши приключения: как мы чуть не утонули в байдарке, как потерялись в горах, как красили его машину в розовый цвет, проспорив бутылку текилы. Да, идиотских поступков в нашей жизни хватало.

— Ты поэтому меня терпишь? — спросила я тихо. — Потому что со мной не скучно?

— Нет, — он вдруг посмотрел на меня серьезно. — Я терплю тебя, потому что без тебя еще скучнее.

У меня внутри что-то екнуло. Какая-то глупая, незнакомая эмоция. Я постаралась ее задавить на корню — наверняка просто нервное. Стресс.

— Значит, ты поможешь? — с надеждой спросила я.

Руслан откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Смотрел он на меня так, будто я предлагала ему прыгнуть в жерло вулкана. Потом медленно кивнул.

— Хорошо. Но на определенных условиях.