Книга Бабушка, я замужем (но это не точно), страница 6 – Аля Авилина

Красивую. Желанную. Свою.

Я отдернула руку первой.

— Отлично! — мой голос прозвучал слишком бодро. — Работает. Принято. Значит, так и общаемся. Родной-родная, забота-ласка. Бабушка купится.

Руслан опустил руку. Сунул ее в карман джинсов. Кивнул.

— Договорились.

Мы помолчали. Я лихорадочно соображала, что сказать дальше, чтобы заполнить эту дурацкую паузу. В голову лезло только: «А давай еще раз обнимемся? Для закрепления материала?». Но это был путь в никуда. Точнее, в постель, а оттуда — прямиком к психотерапевту с проблемой «я влюбилась в лучшего друга».

— Слушай, — Руслан вдруг нарушил тишину. — А может, ну ее, эту легенду? Скажем бабушке правду? Что мы просто друзья и...

— Нет! — отрезала я. — Если она узнает правду, она не успокоится, пока не найдет мне настоящего мужа. А учитывая, что последнего парня с которым я попыталась сходить на свидание звали Вася и он работал аниматором в костюме покемона...

— Боже, я помню этого Васю, — Руслан поморщился. — Он на свидание пришел в шапке Пикачу.

— Вот именно. Поэтому ты — мой единственный шанс провести ближайшие две недели без бабушкиного сватовства и с сохранением рассудка.

Руслан вздохнул.

— Ладно. Уговорила. Но если твоя бабушка спросит, когда у нас будут дети, я скажу, что мы тренируемся.

— Что?! — я подпрыгнула.

— Шучу! — он заржал. — Расслабься. Я скажу, что мы хотим пожить для себя.

— Умник. — Я ткнула его в плечо. — Ладно, идем дальше по списку. Что ты любишь во мне? Бабушка спросит наверняка.

Он задумался. Чуть дольше, чем следовало бы.

— Твою... наглость?

— Руслан!

— Ну а что? Это правда! Ты можешь подойти к незнакомому человеку на улице и попросить телефон, потому что он тебе понравился как типаж. Ты можешь влезть в любой разговор и всех перезнакомить. Ты...

— Можешь не продолжать, — перебила я. — Я поняла. Я наглая и бесцеремонная. Очень романтично.

— Я не договорил, — он вдруг стал серьезным. — Я люблю в тебе то, что ты никогда не сдаешься. Что ты заводишься с пол-оборота, но если надо — горы свернешь. Что ты... ты просто есть. И без тебя все как-то... серо.

Я моргнула. Потом еще раз.

— Руслан, ты чего? Мы репетируем или признаешься в любви?

Он дернул плечом.

— Репетируем, конечно. Но если бабушка спросит, я скажу примерно так. Это же правда.

Правда. В этом-то и проблема. Потому что когда он говорит такие вещи, я перестаю понимать, где игра, а где нет.

— Ладно, — я хлопнула в ладоши, разрушая магию момента. — Тогда твоя очередь. Что я люблю в тебе?

Он усмехнулся.

— Мое чувство юмора?

— Совпало. — Я улыбнулась. — А еще я люблю, что ты всегда приходишь на помощь. Помнишь, как я застряла в лифте в два часа ночи, а ты приехал с другого конца города и сидел под дверью, пока тебя не впустили? И рассказывал анекдоты, чтобы я не боялась?

— Помню. Я тогда все бородатые анекдоты пересказал, какие знал. Даже про Штирлица.

— Вот за это я тебя и ценю. — Я коснулась его руки. — Ты надежный. Как стена. Как... как диван, который никогда не ломается.

— Сглазишь, — хмыкнул он.

Мы рассмеялись. Снова стало легко. Снова привычно. Но где-то глубоко внутри засела маленькая заноза — а так ли легко на самом деле? И почему его слова про «серо без тебя» до сих пор отдаются теплом в груди?

— Так, — я решительно захлопнула блокнот. — Легенда готова. Мы познакомились в универе, долго дружили, а потом поняли, что созданы друг для друга. Момент прозрения — когда я сломала ногу и ты носил мне пирожки. Любим друг друга за... за все сразу. Обращаемся нежно. Тактика ясна?