Книга Клятва Хана, страница 38 – Наташа Айверс

Ли Юн снова едва не задохнулась от остроты ощущений, но сдержалась. Как учили. Старалась дышать размеренно.

Он наклонился ближе. Губы сомкнулись на её соске — тёплые, жадные. Он перекатывал его между губ, прикусывал осторожно, обводил языком. Она чувствовала каждый его вдох. Каждое прикосновение, которое разливалось волной от груди к низу живота.

Её тело уже предавало её. Соски напряглись, грудь налилась тяжестью, дыхание стало прерывистым. Между бёдер начала скапливаться горячая влага.

Ли Юн старалась лежать неподвижно. Как учили. И это было пыткой. Была одна надежда, что он сорвётся раньше неё.

Его дыхание становилось всё резче. Движения — рваными, как у зверя, который сдерживает себя из последних сил. Он хотел возбудить её. Хотел заставить её содрогнуться под собой, выгнуться, заставить простонать его имя. Он хотел, чтобы она возжелала его в ответ. Чтобы она тоже была возбуждена до предела, как он сам.

Но она молчала. Он до сих пор так и не услышал от неё ни звука.

Его рот стал ласкать её грудь с удвоенной жаждой — грубее, жаднее. Губы ловили каждый дрожащий вздох, каждую невольную реакцию её тела. Он скользил по ней руками и губами, будто искал трещину в её самообладании. А ее безмолвие только разжигало в нём огонь. Тот самый, который уже не гасили ни долг, ни гордость, ни страх быть отвергнутым.

Она не знала, каково это — когда член мужчины находится внутри неё. Но сейчас… Ли Юн готова была на что угодно, только чтобы он прекратил эту пытку лаской, потому что она уже почти потеряла самообладание. Тянущая тяжесть между её ног была мучительной. Кожа горела. Каждое прикосновение отзывалось горячим толчком внизу живота. Наставления Ма Суань вспыхивали в голове, но уже не помогали: «Не спеши. Контролируй свои эмоции. Подавляй их. Так ты разожжёшь желание своего мужа сильнее. Будь сдержанной. Пусть он потеряет голову. Твоя голова и разум должны остаться холодными.»

Ли Юн из последних сил держалась за эти слова, как за якорь. Она сжала бёдра, чтобы уменьшить нестерпимый жар желания, справиться с пульсацией между ног и с собственным телом, которое предавало её. Но и это не помогло.

И тогда она решилась — раздвинула бедра и, будто случайно, прижалась своей горячей, влажной промежностью к его возбужденному члену сквозь ткань штанов.

Он застыл. На вдохе. На ударе сердца.

Его член дёрнулся в штанах с такой силой, что ему показалось — сейчас произойдет то, чего он так боялся: он был близок к тому чтобы излиться в штаны, не успев даже войти в неё.

И тогда он сорвался. Рванул с себя рубаху. Сдёрнул штаны вниз. Член вырвался наружу — тяжёлый, налитый, дрожащий от жара.

И в ту же секунду его опасения подтвердились: он уже на грани. В одном дыхании от взрыва. Он схватил себя у основания — грубо, до боли. Пальцы впились в горячую, напряжённую плоть. Сжал, чтобы удержаться. Чтобы хоть на мгновение сбить накатившую волну. Его член пульсировал болезненно, с каждой секундой усиливая в паху тупую, тянущую боль. Он дрожал. Каждый нерв в теле кричал о том, что он больше не выдержит. Ему хотелось навалиться на неё всем телом. Растопить её холод своей кожей. Своим жаром. Вбиваться в неё так глубоко, чтобы она наконец застонала.

Он хотел её.

Не просто хотел — жаждал, как путник жаждет глотка воды в безжалостной пустыне.