Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 182 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Да, – прошептала я, а Кадзуо лишь кивнул.

— Даже если в парке нет связи, она наверняка должна быть вне его границ, – быстро проговорил Кадзуо. – Хината-тян, побудь здесь, пожалуйста, никуда не уходи, чтобы не попасться ёкаям. Я позову помощь.

Он подскочил на ноги, бледный, испуганный и все же полный решимости… Но Хасэгава схватил его за запястье, хотя почти тут же уронил руку и стиснул зубы от боли.

— Нет, – прохрипел он. – Ты… Не уходи. Я еще должен тебе сказать… пока не умер.

Эти слова ударили меня, как разряд электричества. Я отказывалась допускать даже мысль о том, что Хасэгава умрет… а он сказал это так спокойно и уверенно. Его пугало лишь, что Кадзуо уйдет.

— Нет! Не трать время! Поговорим, когда тебе помогут.

— Ты не успеешь вернуться. Врачи не прибудут вовремя… И поговорить у нас не выйдет. – Взгляд Хасэгавы был полон тревоги. – Да и в любом случае… я не погасил свой фонарь.

Кадзуо замер, глядя на него так, словно он сказал что-то лишенное смысла.

— Где он? Где твой фонарь? – прошептал Кадзуо, а когда Хасэгава не ответил, почти прокричал: – Проклятье, Исао, где твой фонарь?! Кто указывал тебе путь к нему?

— Мой отец, – прошептал Хасэгава.

Но на другие вопросы он не ответил.

— Исао… – начал было Кадзуо, но тот покачал головой:

— Не трать время. Я… не скажу. Я не погасил его… специально.

Я закрыла лицо руками, но не знала зачем. От чего я хотела спрятаться? От вида Хасэгавы, истекающего кровью? От вида несчастного Кадзуо, от боли на его лице? Или же от правды, которую уже не могла отрицать?

— Почему? – тихо спросила я.

Хасэгава посмотрел на меня с печалью, оттененной его болезненной бледностью:

— Я же уже говорил вам…

— Это не ответ! – раздраженно воскликнул Кадзуо. – Ты окончательно сошел с ума?

— Я лишь хочу закончить все это, – отозвался Хасэгава, и в его тихом голосе прозвенела сталь. – Хочу, чтобы ты жил свободно. Это невозможно, пока…

Он прервался и прикрыл глаза, будто не хотел видеть выражение лица Кадзуо.

Тот же смотрел на Хасэгаву, лишившись дара речи. Думаю, как-то так же на него смотрела и я. Неужели… он действительно не погасил свой фонарь? Действительно сделал такой выбор? Неужели он…

Я быстро покачала головой, словно надеясь выбросить из головы эти вопросы. Словно так могла выкинуть из головы слова Хасэгавы.

— Прости меня, Кадзуо-кун, – прервал он короткое, но показавшееся таким долгим молчание.

— Ты…

— Не перебивай, – закатил глаза Хасэгава и даже попытался улыбнуться, но вновь хрипло закашлялся. – Я же не успею сказать… Или ты так мстишь мне? Мне же тяжело… говорить…

Он коротко рассмеялся, но прервался, и черты его лица исказились. К моим глазам подступили слезы.

— Кадзуо-кун, – продолжил Хасэгава уже куда серьезнее. – Если бы я мог исправить прошлое, я бы… не стал забирать тебя с собой. Просто ушел бы.

Кадзуо отвел взгляд и сжал кулаки. Он все еще стоял, но затем, будто через силу, сел рядом с Хасэгавой. Мне казалось, приняв это решение, Кадзуо действительно осознал, что ничем не может ему помочь… Его взгляд потух, но вновь оказался прикован к тому, кого он знал как Хаттори Исао.

Кадзуо явно очень хотел его выслушать.

— Если честно… Я был рад, когда узнал… что ты ищешь меня, – с трудом продолжил Хасэгава, подняв глаза к чернильного цвета небу. – Даже поначалу, когда у меня только появился почерк, дал тебе понять, что это я… Но вдруг осознал, что не хочу, чтобы ты искал меня. Осознал слишком поздно… Я надеялся… что ты забудешь. Что оставишь прошлое в прошлом… Хотя в том городе, так близко к смерти… все же вновь решился напомнить. Зря я…