Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 135 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Кубикадзири был силен и крепко держал попавшегося ему парня, который, судя по виду, был уже близок к обмороку. Кадзуо и Хасэгава даже вдвоем не могли оттащить существо и высвободить его жертву из цепкой хватки, а когда Хасэгава попытался ударить кубикадзири подхваченными с пола палочками, тот отшвырнул его к стене.

Я не хотела стоять в стороне и ждать, что случится, тем более что пасть на улице вновь начала закрываться. Я не хотела, чтобы мы опоздали и вынуждены были еще дольше задерживаться в этом кафе, боялась, что еще кто-нибудь погибнет…

Оглядев зал, чтобы найти хоть что-то похожее на оружие, я в то же время лихорадочно размышляла, что бы предпринять… И мой взгляд вновь упал на лежащую на полу искусанную голову.

Не давая себе времени передумать, я открыла дверь, вновь с ужасом заметив огромные зубы и язык в не менее огромной пасти, и бросилась к оторванной голове. Переборов отвращение и страх, я схватила голову за длинные волосы и трясущимися руками подняла ее. А после кинулась обратно к дверям.

Мысленно попросив у погибшего прощения, я выкинула голову за порог.

Надеясь, что это поможет, я тут же обернулась к кубикадзири… и поймала на себе его полный потустороннего гнева взгляд.

Кубикадзири скривил бледные губы, распахнул полный острых зубов рот и, выпустив свою еще живую жертву, с придушенным воплем бросился на меня, вытянув окровавленные руки.

Я, не сдержав крика, тут же выскочила за дверь, задвигая ее за собой.

— Туда! – Я указала Кадзуо и Хасэгаве в сторону вторых раздвижных дверей во второй половине кафе.

Тем временем кубикадзири врезался в стекло закрытой створки, прижался к нему лицом и, скалясь, пронзил меня еще одним пылающим взглядом. Мне показалось, из-за этого взгляда я потеряю сознание. Голова закружилась, но я стояла на месте, почти вплотную к дверям, отвечая на взгляд кубикадзири, отвлекая его на себя… Ёкай щелкнул зубами, заскрипел ногтями по стеклу, и я, вздрогнув, сглотнула, прогоняя тошноту.

Внезапно кто-то осторожно взял меня за плечи, потянув назад, и я вскрикнула, но затем рядом с ухом раздался испуганный, но успокаивающий голос:

— Это я, Хината-тян.

Кадзуо оттащил меня от дверей и притянул к себе, обнимая за плечи.

Я, закрыв глаза, на несколько мгновений прижалась к его груди, переводя дыхание. Кровь стучала в ушах, а голова кружилась, но я взяла себя в руки и отстранилась.

Наши с Кадзуо взгляды пересеклись, и в его глазах я увидела злость и облегчение.

— Только не начинай. – Я криво улыбнулась, но мой голос дрожал.

— Если бы это существо тебе навредило… – все-таки начал Кадзуо, и я слегка толкнула его в грудь:

— А если бы тебе?

Он вздохнул:

— Хорошо, сейчас не время.

Я кивнула и огляделась: улица вновь стала безопасна. Мне не хотелось думать, что со мной могло бы случиться, если бы я выбежала наружу слишком рано.

Рядом ждал Хасэгава, и с его лица все еще не сошел отпечаток тревоги. В двух шагах остановился седой мужчина, поддерживая своего ослабевшего сына.

— Теперь нам уж точно следует убраться с этой улицы, – подал голос Хасэгава.

Мы все поспешили дальше и спустя минуту пробежали мимо последнего здания, оказавшись на следующей улице, более широкой и шумной.

Звуки волной окатили нас. Я вновь, словно кто-то вдруг включил телевизор, услышала двигатели, стрекот цикад и людские голоса – мы выбрались. Вернулись в настоящий Токио, вырвались из его копии, захваченной ёкаями. Я громко выдохнула и прикрыла лицо руками.