Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 110 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

«Хасэгава назначил встречу недалеко от станции Синдзюку-Сантёмэ^[24]. В полвосьмого вечера. Я согласился».

Я подавила вздох. Об этом я и переживала, когда решила не рассказывать Кадзуо о Хасэгаве. Так и знала, что он, забыв об осторожности, не обратив внимания на грозящую нам опасность, отправится на подобную встречу.

И что мне теперь делать? Попытаться его отговорить? Почему-то я была уверена, что он меня не послушает. И в любом случае уйдет. Я ведь знала: он ждал этой встречи, этого разговора слишком долго. И наверняка понимал, что и он, и Хасэгава могут не дожить до семнадцатого августа, до того дня, когда, как мы лишь надеялись, мы станем свободны.

А потому я, помедлив, все же удалила начало сообщения о том, что стоит подождать с этой встречей… Вместо этого я задумалась и прикинула, что поездка на метро, без учета ходьбы, займет минут десять, – Хасэгава назначил встречу так близко от этой квартиры… А где же сам Хасэгава? Тоже где-то недалеко? Не мог же он выбрать место случайно?..

Хотя какая разница?

«Я пойду с тобой».

«Это слишком опасно», – почти тут же ответил Кадзуо.

«Вот поэтому я и не отпущу тебя одного. Если сам понимаешь, насколько это рискованно, тоже оставайся. Не ходи на встречу».

Следующий ответ я ждала чуть дольше:

«Я не могу не пойти. Я должен».

«Я понимаю. Поэтому пойду с тобой».

Раз я не могла отговорить Кадзуо рисковать… я постараюсь помочь ему. Как мы все уже давно поняли, вместе безопаснее.

Но затем меня пронзило волнение с намеком на раскаяние. А вдруг… Кадзуо не только переживает за мою безопасность, но и…

Я поспешно набрала следующее сообщение:

«Я понимаю, что ты хочешь встретиться с Хасэгавой один, и не стану вам мешать. Просто удостоверюсь, что ты доберешься, и, если что, помогу с каким-нибудь ёкаем. Надеюсь, конечно, что не придется».

На этот раз Кадзуо ответил довольно быстро:

«Нет, не в этом дело».

И тут же прислал еще одно сообщение:

«Я просто боюсь за тебя. Честно говоря, я хотел бы, чтобы ты была там со мной. Но это мое эгоистичное желание. Я не могу позволить тебе так рисковать».

Я перечитала сообщение, чтобы удостовериться, что все поняла правильно, будто вдруг могла забыть японский. То есть Кадзуо все же хотел бы, чтобы я пошла с ним?..

В сердце разлилось тепло, но уже через пару мгновений его разбавил холод неуверенности.

Почему Кадзуо этого захотел? И как это воспримет Хасэгава? Хотя он вряд ли будет против, раз ранее сам меня нашел. Но что скажут друзья? Араи, Ивасаки, Йоко, Эмири?.. Мы ведь не сможем рассказать им, что поедем на встречу с Хасэгавой…

Это их не обрадует. Мягко говоря.

Неужели мне вновь придется лгать им? В тот момент я почувствовала гнев на Хасэгаву, ведь именно он был виноват во всем этом, именно из-за него сложилась эта трагичная, сложная, нет, по правде, даже безвыходная ситуация…

Я вздохнула, успокаиваясь. Как удобно винить кого-то другого, особенно когда для этого так много оснований. Я ведь не обязана лгать друзьям. Я вполне могу рассказать им правду…

Но не буду. И это мой выбор.

Я сама решила пойти с Кадзуо. И не сказать остальным, куда именно. А если они спросят… Я была готова их обмануть.

Я буду чувствовать вину? Конечно. Откажусь от этой затеи? Конечно нет.

Ведь я хотела поддержать Кадзуо. Как я могла отпустить его одного? Даже не беря в расчет поджидающих нас ёкаев, я представила, каким одиноким он будет чувствовать себя… Снова. Он так долго, почти всю свою жизнь, был один, не имел рядом ни одного близкого, никого, на кого можно положиться… Но этим близким и надежным человеком, другом, заслуживающим доверия, хотела быть я.