Книга Ручной монстр и Огненная сестра, страница 31 – Аня Свободная

— Папа, смотри! Это тебе! Крокодил тебя любит!

Алехандро обнял её, поцеловал в макушку, сказал хрипловато:

— Самый лучший крокодил в мире. Спасибо, маленькая.

Иван ползал по ковру и тянул ручки к отцу. Мы пили кофе на террасе: Лиза — чёрный, без сахара, Алехандро с молоком, я с манго в кружке вместо сахара. Кошки крутились вокруг ног, мурлыкали, Лу даже запрыгнула ему на колени и свернулась клубком. Он гладил её рассеянно, смотрел на нас всех — на меня, на Лизу, на детей, на кошек — и улыбался той тихой, виноватой улыбкой, которая уже давно стала его обычным выражением лица.

Днём мы просто были вместе. Гуляли по саду. Лусия показывала Лизе свои любимые деревья манго. Иван спал в коляске. Алехандро катил коляску одной рукой, другой держал мою ладонь. Лиза шла рядом, иногда касалась его плеча — легко, почти случайно. Он вздрагивал каждый раз, но уже не от страха — от неожиданной нежности.

Вечером, когда дети уснули, мы остались втроём на террасе. Луна была яркой, воздух тёплым, пахло цветами и землёй после дневного дождя. Алехандро сидел между нами — я с одной стороны, Лиза с другой. На столе — свежие манго, нарезанные тонкими ломтиками, и та самая коробка из кондитерской, которую Лиза вчера принесла, но теперь она была пустой.

Лиза поставила чашку на стол. Посмотрела на Алехандро. Потом протянула руку и медленно, почти нерешительно, провела ладонью по его волосам — от виска к затылку. Он замер. Не дышал. Только глаза закрыл на секунду.

— Сорок девять, — сказала она тихо. — А всё ещё дрожишь, когда я тебя касаюсь.

Он открыл глаза. Улыбнулся — криво, виновато, но искренне.

— Привычка, — ответил он шёпотом.

Лиза не убрала руку. Погладила ещё раз — медленно, почти ласково. Алехандро тихо, еле слышно замурлыкал — как кот, которого впервые за долгое время не бьют, а гладят. Она наклонилась ближе к нему, почти коснулась губами его уха и прошептала — так тихо, что я услышала только потому, что сидела рядом:

— Сегодня можно, — сказала она тихо. — Сегодня можно не бояться. Сегодня твой день.

Она наклонилась ближе. Коснулась губами его виска — легко, почти неощутимо.

— У меня для тебя есть подарок. Особенный. Но ты узнаешь о нём позже. Подарок будет не сегодня, — прошептала она ему на ухо. — Не сразу после торта. Не в день рождения. Мы с Аней договорились: сначала пусть всё идёт своим чередом. Пусть побудешь с нами, с детьми, с кошками, с манго. Пусть почувствуешь, что трос не затягивается. А потом — когда ты перестанешь ждать удара — тогда и будет подарок. Особенный. Для тебя. Для нас всех. После пляжа.

Алехандро открыл глаза. Посмотрел на неё — долго, внимательно.

— После пляжа? — спросил он тихо.

Лиза кивнула. Улыбнулась — той самой улыбкой, от которой у него всегда замирает дыхание.

— Завтра поедем на озеро. На тот уединённый пляж, про который ты рассказывала, Анюта.

Алехандро замер. Руки, которые держали стакан, слегка дрогнули. Он опустил глаза. Голос стал очень тихим:

— С тобой?

Лиза фыркнула:

— Со мной. Любуйся. Но если глаза слишком загорятся — трос короткий почувствуешь. И не вздумай прикрываться руками. Хочу видеть всё.

Я кивнула. Мне самой эта идея понравилась — мы с Алехандро уже бывали там вдвоём, и я знала, что место тихое, безопасное. Я увидела, как он напрягся. Как у него медленно краснеют уши.