Книга Ручной монстр и Огненная сестра, страница 28 – Аня Свободная

Он был как человек, который несёт на спине камень — и боится, что если выпрямится, камень упадёт и раздавит всех вокруг. После скандала он не стал циником. Не стал злым. Не стал отмахиваться от вины. Но стал… стоять прямее. Он перестал оправдываться за каждое слово. Перестал говорить «простите, я не хотел» по любому поводу.

Он всё ещё плачет. Но уже не от каждого слова. Он плачет теперь только тогда, когда речь заходит о том, что он сделал со мной. Тогда он краснеет, oпускает глаза и шепчет «прости» так, будто это первый раз. Потому что это его рана. Его вечная вина. Его подвал.

Но когда речь о сети, о ShadowBazaar, о свободе и о её цене — он больше не плачет. Он стоит. Он говорит. Он отстаивает.

Я люблю его таким еще больше. Закалённым. Не циничным, но и не сломленным. Просто человеком, который научился держать удар и не прятаться за извинениями.

Алехандро родился 4 октября 1988 года. Впервые мы отметили его день рождения вместе в 2033 г — после 10 месяцев совместной жизни. Он тогда говорил:

— Интересно у нас получилось: у тебя — 12 апреля, а у меня — 4 октября — день, когда запустили первый спутник. 1957 год. «Бип-бип» из космоса. Я всегда думал, что это символично.

Лиза знала. Она всегда знала все даты.

Лиза прилетела 3 октября 2037 года, в пятницу вечером. Рейс из Тель-Авива задержался на час. Мы ждали её в аэропорту вдвоём: я и Лусия. Иван остался дома с Алехандро — ему ещё не было года, и таскать его по толпе и духоте было бы слишком тяжело.

Я узнала её сразу — по походке, по коротким волосам, по тому, как она идёт, будто всегда готова к чему-то. На ней была лёгкая льняная рубашка цвета выгоревшей травы и джинсы, потёртые на коленях. В руках — маленькая чёрная сумка. Лусия увидела её первой, сорвалась с моих рук и побежала навстречу короткими детскими шажками с криком «Тётя Ли-ля!». Лиза опустилась на одно колено прямо посреди зала прилёта, подхватила её, крепко прижала к себе. Лусия уткнулась носом ей в шею и сказала громко, на весь зал:

— Тётя Ли-ля пахнет кофе! Как папа!

Лиза засмеялась — тихо, хрипло — и ответила:

— Конечно пахну. Я же специально для тебя прилетела.

Я подошла следом. Мы обнялись долго — молча, без слов. Она пахла самолётом, солью и тем самым кофе без сахара. Я почувствовала, как её пальцы сжали мою спину чуть сильнее обычного — будто проверяла, на месте ли я.

Мы вышли из аэропорта втроём. Лусия держала Лизу за руку, что-то рассказывала без умолку. Я шла рядом, иногда касаясь её плеча. По дороге Лиза сказала спокойно, как будто о чём-то обыденном:

— Заедем в кондитерскую. Мне нужно купить кое-что.

Мы заехали в маленькую семейную кондитерскую на главной улице — ту самую, где пекут всё вручную и знают, как сделать торт скромным, шоколадным, с тонкой глазурью. Лиза вышла из машины одна. Потратила минут десять — выбрала, оплатила, вышла с коробкой, перевязанной шпагатом. Мы не спрашивали, что внутри. Лусия пыталась потянуться к ней, но Лиза сказала мягко:

— Это для папы. Не открывай. Дома посмотрим.

Когда мы вернулись, Алехандро ждал нас в дверях с Иваном на руках — Иван таким образом тоже встречал Лизу. В другой руке он держал большую миску с манго — свежим, только что порезанным. Лусия бросилась к нему, обхватила ноги, и он опустился на корточки, чтобы она могла дотянуться до миски.