Книга Безупречная репутация, страница 80 – Джо Джейкмен

Это было одно из их первых правил. Они договорились: когда они вместе, реальный мир отключают, иначе чувство вины захлестнет их обоих.

Но как возможно, что она проигрывает женщине, которая лежит без сознания? Даже с больничной койки Пиппа Ярдли контролирует ее жизнь.

Они сидели в тишине, рядом остановилась машина, из нее вышли двое – полюбоваться видом. Кэти не думала, что они столкнутся с кем-то из знакомых, но все равно следовало быть осторожной. Никаких подростковых обжиманий в машине. Чарльз предложил встретиться на квартире, но Кэти чувствовала, что стены вокруг нее смыкаются, и на публике у нее больше шансов устоять перед его чарами. Она опустила взгляд на ладони.

— Кстати, в квартире я оставила кольцо.

— Тебе придется поехать и забрать его самой; какое-то время я не смогу отлучаться. Джерри умер, и я не могу делать вид, что каждую неделю играю в сквош. Кстати, о Джерри, Джемма попросила меня выступить с речью на похоронах.

— Я думала, она тебя ненавидит.

— Поэтому и попросила меня выступить с речью. Знает, что для меня это будет мукой.

— Ты откажешься?

— Как я могу отказаться?

— Твоя жена в коме. Джемма поймет.

— Конечно. Все знают, какая она понимающая. Нет, ни о чем ее просить я не буду.

На похоронах Кэти будет мучиться и от горя, и от чувства вины. При жизни Джерри она не могла дождаться, когда он исчезнет, а теперь его нет, и ей от этого плохо. Он должен был спокойно уйти на покой и играть в гольф где-нибудь в Испании, а не умирать в одиночестве на полу в своем кабинете. Интересно, ему было страшно? Он знал, что с ним произойдет? Она все время пыталась представить себе, какими были его последние минуты.

Кэти положила руки на руль: как-то их пристроить, иначе снова захочется прикоснуться к Чарльзу.

— Кто-то про нас знает.

— В смысле?

Она не хотела рассказывать Чарльзу о письмах, но терять было уже нечего.

— Мне приходят письма с требованием признаться в том, что я сделала. Это явно про нас, так? Просто что еще…

— Что? Когда?

— Началось перед Пасхой. Первое пришло в день, когда мне порезали шины.

— Порезали? Ты говорила, что поймала гвоздь.

— Парень в сервисе сказал, что это чьих-то рук дело. Там было несколько дырок.

— Почему ты мне не сказала?

Кэти вздохнула.

— Честно? Потому что это было начало недели, которую мы провели вместе в квартире. Думала, если скажу тебе, запаникуешь и все отменишь. Ведь все было идеально, и мне не хотелось, чтобы эти чары что-то разрушило.

— Как же так? Надо было мне сказать.

Пока Пиппа с детьми жила в юрте в Уэльсе, Кэти и Чарльз блаженствовали, погрузившись в прекрасную ложь. До этого они встречались у Кэти, но Чарльз наткнулся на ее соседку, одну из своих пациенток. Появляться у Кэти слишком часто – это вызвало бы подозрения.

— Сначала я подумала, что это Отис Блейк, ведь он застал нас в летнем домике. И он всегда бродит вокруг с этими садовыми ножницами…

— Может, это был Джерри? Он знал, что я пудрю Пиппе мозги про наш с ним воскресный сквош, и, возможно, был не так глуп, как я думал.

— Это не Джерри – после его смерти я получила еще одно письмо.

— И что там было?

— Что я должна признаться перед балом, иначе жди неприятностей.

— Признаться в чем? И почему именно бал?

— Видимо, надо, чтобы я призналась в наших отношениях, иначе меня унизят на главном событии года. Но если не будет отношений, в которых надо признаваться, возможно, исчезнет и проблема.