Книга Возвращение Гетер, страница 94 – Алексей Небоходов

Они не смотрели друг на друга, когда расстояние между ними сократилось. Марина продолжала идти вдоль парапета, он двигался навстречу. Их плечи почти соприкоснулись, когда они поравнялись, и лейтенант развернулась, пошла рядом — в полуметре, устремив взор на поток воды.

— Материалы получил, — обронил Родионов вполголоса, едва слышно в гуле набережной. — Хорошая работа с финансовыми документами.

Шанина молча склонила голову. Три дня назад она передала ему микроплёнку через тайник — снимки страниц из бухгалтерской книги хозяйки салона. Ради этих кадров ей пришлось провести ещё одну ночь с клиентом — грузным чиновником из Минфина, который хвастался своими связями и дышал ей перегаром в щёку.

— Я вышел на Семёна Гвоздева, — продолжил капитан, по-прежнему глядя перед собой. — Служащий в Госбанке, ничем не примечательный с виду. Через него проходят все валютные операции Арины. Но самое интересное — он оказался агентом внешней разведки.

Марина не сбилась с шага, хотя сразу поняла, что это значит. Первое главное управление — разведка за рубежом. Если они причастны, значит, нити тянутся за границу, и это совсем другой уровень опасности.

— Ты в опасности, — подтвердил Родионов, и что-то в его интонации заставило Шанину быстро скользнуть по нему глазами. — Мы влезли в игру между управлениями. Этот притон — не просто бордель, а оперативная площадка для сбора компромата.

Они прошли мимо группы пионеров, выстроившихся вдоль ограждения. Вожатая рассказывала о московских мостах, дети слушали вполуха, толкаясь и перешёптываясь. Марина и Родионов замолчали, пока не миновали их.

— То есть они собирают информацию на клиентов? — уточнила лейтенант, когда пионеры остались позади.

— Не только и не совсем так, — капитан говорил отрывисто, понижая тон. — Это двусторонний процесс. Клиенты приходят не только за девушками — они приходят за информацией. Многие из них связаны с иностранцами.

— Это вы мне рассказываете? — она мимолётно скользнула по нему взором. — Как будто я не знаю, что происходит, когда мужчина расслабляется после третьей рюмки коньяка и начинает шептать государственные тайны вперемешку с комплиментами.

Они дошли до скамейки под старым тополем. Вокруг никого не было — только молодая пара шла вдалеке, увлечённая друг другом.

— Присядем? — предложил Родионов, и они опустились на скамью, сохраняя дистанцию.

— Я проследил за деньгами, — заговорил он, обращая глаза к реке. — Наличные из салона забирает Гвоздев, передаёт курьеру, который работает в какой-то экспортной конторе. Дальше купюры попадают прямо к полковнику Литариной. Она числится куратором культурных мероприятий, но на деле это прикрытие.

— Кто она? — переспросила Шанина, запоминая имя.

— Вот это тебе и предстоит выяснить, — Родионов достал сигарету, закурил, щурясь от дыма. — Полковник Литарина — сотрудник КГБ с особым статусом. Возглавляет секретный отдел, который подчиняется разведывательному управлению, но формально в него не входит — автономная структура с собственным бюджетом и отчётностью напрямую наверх. Я видел её подпись на документах с грифом «особой важности», но ни разу не встречал лично.

— И какая связь с Анной Ставицкой?

— Прямых доказательств пока нет, — капитан помедлил, сверяясь с блокнотом. — Но все четыре женщины-врача из правительственной больницы, которые умерли от «внезапной остановки сердца», включая Ставицкую… В их личных делах обнаружились несовпадения. Официально они никогда не покидали страну, но в архиве гостиницы «Интурист» я нашёл записи о встречах с иностранными делегациями. Все четыре регулярно контактировали с медиками из Парижа, Вены, Берлина — в рамках так называемого научного обмена.