Книга Возвращение Гетер, страница 151 – Алексей Небоходов

Он развязал бечёвку, открыл папку. Внутри лежали машинописные листы с пометками, фотографии, схемы, нарисованные от руки. Всё пожелтело от времени, края истрепались.

— Расследование «Гетер» началось в пятьдесят четвёртом, — полковник бережно перебирал листы. — После смерти Сталина власть начала делиться, каждый тянул в свою сторону. Маленков, Берия, Хрущёв… — он махнул рукой. — Ну, вы знаете историю. Но была и другая игра. Та, о которой не пишут в учебниках.

Капитан кивнул, не перебивая. Терняев заговорил быстрее, торопясь, пока его решимость не отступила:

— В спецслужбах всегда использовали женщин для компрометации иностранцев. Но Кривошеин — драматург! — придумал целую систему. «Гетера» — так он назвал операцию. Молодые актрисы, балерины, студентки развлекали высокопоставленных чиновников и иностранных дипломатов. Собирали информацию, записывали разговоры…

Отставник достал из папки снимок. На нём — группа девушек в вечерних платьях, с бокалами шампанского в руках. Вокруг них — мужчины в строгих костюмах с одинаковыми улыбками.

— Обычная история, скажете вы. Но было кое-что ещё, — его интонация понизилась. — Были странности. Исчезновения. Смерти. И в центре всего — две фигуры: Клавдия Литарина и человек, называвший себя Ординым.

Полковник вытащил из своего архива ещё одно изображение: пожилая особа с седыми волосами, собранными в тугой пучок, и острыми чертами лица. Радужки глаз неестественно светлые, взор надменный и ледяной.

— Клавдия Антоновна Литарина, — продолжал хозяин квартиры. — Тётка Ольги Литариной, о которой скажу позже. На вид — обычная старуха, жила в домике в Мамонтовке. Но на самом деле… — он сглотнул, коротко взглянув на Родионова, — она была главой клана суккубов.

Следователь не изменил выражения лица — он слышал и не такие откровения от людей на грани срыва. Продолжал записывать, изредка кивая, чтобы собеседник не умолк.

— Вы не верите, — Терняев усмехнулся. — Я бы тоже не поверил. Суккубы, инкубы — средневековая чушь, демоны, питающиеся сексуальной энергией… Но я их видел, капитан. Видел своими глазами.

Он снова потянулся к бутылке, но на этот раз просто подержал её в руках, не наливая.

— Глава клана суккубов возглавляла целое сообщество. Они питаются энергией, но, в отличие от инкубов, не забирают её, а дают наслаждение взамен. Понимаете? Обмен, не паразитизм. Мужчина после контакта с суккубом чувствует прилив сил, становится увереннее, активнее. А тот, кто попал к инкубу, — слабеет, истощается, заболевает.

Родионов сделал очередную помету. Несмотря на абсурдность рассказа, в нём была странная внутренняя логика.

— Кланы суккубов и инкубов веками враждовали, — продолжал отставник. — Их борьба шла параллельно человеческой истории. Они влияли на королей и императоров, на военачальников и политиков. Подталкивали к решениям, манипулировали через постель.

Бывший полковник говорил всё увереннее. Тремор в ладонях утих, тон окреп. Он возвращался в прошлое, снова становился тем следователем, которым был до того, как водка и страх разрушили его жизнь.

— В пятьдесят третьем произошло то, чего никто не ожидал, — он вытащил из папки ещё одну карточку. — Человек, называвший себя Ординым, прибыл в Москву. Высокий, тёмные волосы с проседью, радужки глаз — светлые, почти прозрачные. Самые холодные глаза, какие я когда-либо видел. И начал создавать сеть влияния через молодых женщин — тех самых «гетер».