Книга Во имя народа, страница 238 – Чжоу Мэйсэнь

Итак, мог ли Цай Чэнгун достать его удостоверение личности? Он старательно напрягал память и смутно припомнил, как четыре года назад состоялась встреча выпускников, в которой он участвовал. Старые однокашники, встретившись, неописуемо радовались – он сам не понял, как напился. Тогда ему сняли номер в гостинице, чтобы он выспался. Точно, точно, Цай Чэнгун с его удостоверением личности оформлял и оплачивал номер. Почти наверняка тогда Цай Чэнгун сделал копию документа, придумав хитроумный план.

Неужто Цай Чэнгун в то время хотел погубить себя? Невозможно. Хоу Лянпин продолжал анализировать. Не исключено, что на Цай Чэнгуна надавили в СИЗО городского отдела общественной безопасности Цзинчжоу, и он по принуждению выскочил с поклепом. И у того, что он тайно сделал копию удостоверения личности, наверняка есть причины. Итак, кроме Цай Чэнгуна, кто еще мог знать эти тайные причины? Хоу Лянпин подумал: экономическая деятельность Цай Чэнгуна неотделима от его фабрики «Дафэн». Бухгалтер должен знать подоплеку. Цай Чэнгун, будучи директором, вряд ли стал заниматься такими мелочами, как банковские карты. Очень может быть, что этим занимался его бухгалтер. Ход мыслей постепенно становился яснее, этот бухгалтер – ключевая фигура, необходимо как можно быстрее найти этого человека. Кроме того, есть еще водитель, появившийся в дверях в тот день. Коробки с водкой и сигаретами притащил он. Еще есть жена, ей тоже надо дать знать, пусть поищет квитанцию курьера, который относил тот самый костюм. Жена внимательная, наверняка ее оставила.

Чэнь Яньши, столкнувшись с Лу Икэ в больнице, узнал новость об отстранении Хоу Лянпина от должности. Профессиональное чутье подсказывало ему, что уголовное дело Хоу Лянпина о взятке и ДТП, в котором сбили его сына Чэнь Хая, – это звенья одной цепи. Бывший прокурор решил немедленно приступить к работе. Хоу Лянпин попросил, чтобы он отправился на фабрику «Дафэн» и нашел бухгалтера Ю и водителя «мерседеса» Сяо Цяня^[94], чтобы эти двое помогли доказать его невиновность. Чэнь Яньши, не раздумывая, сразу же сел на велосипед и поехал на предприятие. Чтобы быть в форме, он постоянно ездил на велосипеде.

Солнце выглянуло, первый снег вчерашней ночи начал таять, ветки намокли, капли орошали холодную землю. Чэнь Яньши ехал вдоль озера Гуанминху. На пожелтевшем камыше местами лежал снег, будто белая шапка. На неспокойной поверхности озера плясали мириады золотых бликов.

При мысли о Хоу Лянпине у Чэнь Яньши прихватывало сердце. Этот начальник департамента Хоу, приехавший из Пекина, сильнее его сына, начальника Чэня. После того как приняли его заявление на рассмотрение, взяли коррумпированного Чэнь Циньцюаня, а также и Лю Синьцзяня, бывшего секретаря Чжао Личуня. Плохие люди, естественно, ненавидят его, кого ж им и губить, как не его?

При въезде в главные ворота фабрики сторож, старый Вэй, поздоровался с Чэнь Яньши. Ответив на приветствие, тот поставил велосипед. Все последние дни в отсутствие срочных дел Чэнь Яньши спешил сюда, уделяя внимание развитию новой «Дафэн», как будто новорожденному. После инспектирования предприятия Ша Жуйцзинем рабочим больше не приходилось, как обезьянам, прыгать через окна на смену и со смены – теперь можно спокойно входить и выходить через большие автомобильные ворота цеха. Ли Дакан лично навел справки о месте расположения фабрики в новой зоне развития за городом. Чэнь Яньши вздыхал: если б не покровительство высокого руководства, простым рабочим начать дело оказалось бы сложнее, чем вскарабкаться на небеса.